Вам бы научиться спокойно относиться к критике. — Я начала удобнее устраиваться на подушках, наслаждаясь легким ощущением опасности, сплетенным с уверенностью, что я в полной безопасности.
— Ну, хватит, тэгуи! — не вытерпел Рейн, выпуская наружу «итальянскую» половину. — Вставайте и прекращайте изображать из себя болезненную девицу! Я отлично вижу, что вы себя хорошо чувствуете, раз у вас хватает сил со мной препираться!
Я улыбнулась — так то, Вашество! — откинула одеяло и соскочила на пол. Рейн поглядел на меня так, словно я не женщина, а ребенок, проказливый и проблемный, и, сорвав с ширмы нечто легкое и черное, подал мне.
— Шелк. А почему черный?
— И снова вы недовольны! Чем вам не нравится черный шелк?
— Ничего не имею против черного цвета, но его вокруг слишком много. И, если хотите знать мое мнение — моды у вас мрачные. А корсеты — абсолютный мрак…
— Вы привыкнете, — коварно улыбнулся Рейн. — И к корсетам, и к модам. И ко мне…
— Я-то привыкну к вам, а вы ко мне? — я вернула ему коварную улыбку. — Кстати, Ваше Величество… Корсеты — это действительно зло. Нет ничего лучше естественных линий тела. Вот не было бы на мне корсета на площади — не закачалась бы я от нехватки воздуха, не почудился бы мне наглый ворон, и не упала бы я в обморок.
— Ворон? — изменился в лице мужчина. — Вы видели ворона?
— Да. Мне показалось, на вас налетел ворон на площади.
— Ворон — символ королевской династии Корбинианов. Удивительно, что он вам привиделся.
— А вам он не привиделся?
— Нет, — слишком быстро ответил мужчина. Ай-ай, не надо лгать Соне!
— Ваше Величество, как ваш союзник, я требую правды и только правды, — назидательным тоном протянула я и сложила руки на груди. — К тому же, я ваша супруга, а супругу недостойно обижать ложью.
— Я жалею, что похитил вас, — на этот раз искренне ответил Рейн. — Боюсь, вы еще коварнее, чем София.
— Я не только коварная, но еще въедливая, упрямая и вредная. Со мной лучше дружить. Но вам бояться нечего, мы же с вами в союзе. — Я лукаво подмигнула королю и перешла к делу: — Ну, Ваше Величество? Что это был за ворон?
На лице Рейна вновь возникло неопределенное выражение, не дающее понять, то ли он доволен мной, то ли я его сильно раздражаю, то ли он просто в шоке, что связался с наглой требовательной женщиной. Однако мужчина все-таки признался:
— С момента коронации меня преследует ворон. То он клюнет меня, то налетит, то постарается стащить с меня корону… Ворон — это не просто птица.
