К тому времени меня снова вымыли-надушили-причесали и даже показали, как следует красиво разлечься на ложе, дабы король сразу же воспылал ко мне страстью.
Рейн вошел в мои покои напряженный, как неопытный дрессировщик входит в клетку к тигру.
— Как вы, София? — спросил Рейн, изображая спокойствие.
— Не знаю… Я и представить не могу, что у вас в голове.
— Вы странная женщина.
— Спасибо, Ваше Величество.
— За что? — озадачился он.
— Разве это был комплимент?
— А разве нет? Странные люди — особенные люди. Вы назвали меня особенной. Я рада.
Рейн фыркнул, и я мысленно поздравила себя с тем, как быстро заставила его позабыть о надменности. Ослабив шейный платок, мужчина прошел к креслу. Скинув на него синий кафтан — король предпочитал полночно-синие цвета — стал расстегивать пуговки камзола.
Значит, он-таки настроен на «ночь любви».
— Дитрич вас прислал? — спросила я.
Рейна задели мои слова, но я на это и рассчитывала. Повернувшись ко мне, мужчина отчеканил:
— Я всегда поступаю так, как сам считаю нужным. Никто не может никуда меня «прислать». Запомните это, София.
— Я тоже всегда поступаю так, как хочу, Ваше Величество.
— И чего же вы хотите?
— Спать, — я склонила голову набок, позволяя густым прядям упасть на подушку, и зевнула.
— Когда закончим, поспите, — заявил Рейн.
А-а-а-ах, вот как? А как же уговор, который, как известно, дороже денег? Мы ведь договорились, что король будет должен каждое дело, касающееся меня, со мной же и обсуждать. Он должен был сказать: «Соня, нужен наследник. Вы готовы? Вы согласны?» А он пришел и заявляет: «Поспишь потом!» А перед этим еще и держал меня в изоляции!
Забыл, как по голове получил? Ну, так я напомню, какова злая Соня!
Избавившись от нарядных составляющих своего костюма, Рейн присел на ложе, глядя на меня усталыми глазами. Будь его воля, он бы ко мне и на пушечный выстрел не подошел — я его пугаю, но долг велит ему находиться здесь. Каков упрямец, а? Самому противно, однако здесь. Ничего, сейчас я его взбодрю.
— Идите сюда, Ваше Величество, — позвала я, откидываясь на подушки.
Рейн кивнул, довольный тем, что я не устраиваю сцен, и придвинулся ко мне. Он даже не разделся толком — только скинул обувь. Протянув руку, Рейн замер. Подумав немного, он убрал руку и с решительным видом потянулся к моим губам, но у самой цели снова передумал.
— Смелее, в этот раз я вас бить не буду, — шепнула я.
