Она повернулась и увидела, как рядом с ней стоял, вернее — качался Том. Тот самый адепт, который пытался её заболтать у входа в рудник и которого она взяла в плен.
— Тебе настолько плевать на Хаджара? — спросила она.
Том, задумавшись, показал маленькое расстояние между большим и указательным пальцем.
— Настолько плевать?
— Нет, — покачал он головой и сделал несколько крупных глотков из горлянки. — Настолько не плевать.
— Он ради тебя отдал пять килограмм бесценного ресурса!
— И насколько он был бесценен? — прищурился Том.
— Настолько, что даже Императорский род Дарнаса, продай он все свое имущество, не смог бы себе позволить и сотую часть этого объема.
— Ничего себе, — присвистнул Том и сделал еще глоток. — Тогда беру свои слова назад — Дархан не идиот… а полный кретин. Иначе и не скажешь.
— Скажи мне, Аркемейя, — перебил Том. Он все еще, свободной рукой, протягивал ей копию своей горлянки. — Хаджар сейчас в смертельной опасности?
— Он уже почти на пороге дома праотцов!
— Тогда нам точно не о чем беспокоится.
Аркемейя, будто выброшенная на берег рыба, молча открывала и закрывала рот.
— Успокойся, красавица, — пожал плечами Том. — Насколько я видел, его продырявил Белый Клык… Не хочу тебя разочаровывать, но я видел, как Хадажр перечил главам Семи Великих Кланов Дарнаса. Видел, как он прыгал в пасть чудовищным монстрам. Как обхитрил древнюю ледяную ведьму. А уж из историй про него и не такого наслушаешься.
— Любой удаче есть свой предел.
— Разумеется, — согласился Том. — но когда дело касается Хаджара… в общем, если он находится при смерти, в какой-нибудь глубокой заднице, ты вылезает из неё не с запахом дерьма, а при звонкой монете. Знаешь, иногда даже обидно становится.
— Он может умереть!
— Может, — вновь не стал спорить Том. — но, видишь ли, я хорошо знаю историю. Все же — аристократическое образование, как никак. И такие люди как Хаджар Дархан… смерть на обочине империи, в грязи и пыли, от руки какого-то Белого Клыка… нет, такие люди уходят иначе. Уходят так, что об этом еще сотни эпох поют песни. Так что выпей и успокойся. Эту стену тебе все равно не пробить, да и не зачем. Тот, кто её ставил явно ничуть не слабее Белого Клыка. И, к тому же, он… ну, то есть — она, явно озаботилась тем, чтобы никто не потревожил этих голубков.
Аркемейя вдруг поняла, что не только она видела беловолосую мечницу.
— Ты её видел, — она не спрашивала, а утверждала.
— Видел, — кивнул Том. — и, знаешь, что-то мне в ней показалось знакомым… Хотя, наверное, слишком много, — он покачал горлянкой, в которой плескалось что-то слишком густое, чтобы быть простой водой. — Так или иначе, она точно знает Хаджара. И, если бы хотела, то легко бы его добила. Но вместо этого оставила, своего рода, защиту.