Ночь скрывается в тени старого особняка, когда звуки выворачиваются из сумочки Насти. Она торопливо снимает моменты: на одной фотографии — руку женщины, словно вывернутую с боку, на другой — странный взгляд Даня, который осторожно исследует тело лежащей в прохладе преступницы. Настоящие опасности прячутся за кажущейся спокойной атмосферой этого элегантного дома....
– Так-таки ни рюмки и не выпьешь?
– За рулем я! – весело повторил Липницкий. – Вон Марине наливай!
– Ой, а мы ведь и не познакомились даже! – всплеснула руками Татьяна. – Я Таня, а муж мой Валера.
– А мы Марина и Андрей.
– Сало свежее, – и Татьяна сунула Марине под нос тарелку. – Недавно солила. Не наше, но тоже свойское, у соседей брала.
– Проверенное дело, – поддакнул Валера. – Наше все равно лучше, но мы вас своим осенью угостим. Сейчас своего нету, подъели. Ну, будем здоровы! – И опрокинул рюмку.
– Вот огурчики еще, эти как раз свои.
– В подпол, что ль, лазала?
Татьяна кивнула.
– Крикнула бы, я б слазил!
– Настойка хороша, – сказала Марина Тимофеевна. – Чистейшая! Как настаиваете?
Валера засмеялся и налил еще по одной.
– А! Это дело непростое! Покупаем водку, сразу два ящика.
– Куда два-то, – перебила Татьяна, энергично хрустя огурцом, – когда все четыре, а то пять! На тебя ведь удержу нет!
– Не перебивай, Тань! Водку дорогую покупаем, рублей по триста.
– Кого? – не поняла Марина. – Водку?
– И марганцовку, – подтвердил Валера с удовольствием. – Главное, чтобы в тихом месте стояла и чтоб медленно-медленно так марганцовка на дно сходила. Это недели три, а то и четыре. Когда сойдет, водку через шланг сливаем и чтоб осадок весь на дне остался.
– А осадок – страсть божья, – вступила Татьяна. – Одна чернота! И какую ты покупную водку ни возьми, все равно черноты не оберешься! Мы всякую брали, пробовали. И настаиваем только после очистки. Вот эта – на калгановом корне. На смородиновых почках есть.
– Ну-ка принеси попробовать, – распорядился Валера. – Совсем другая!
– Да нам и эта нравится, – сказала Марина.
– Так все нужно попробовать! Эх, хорошая у вас собака!
Черри лежала на пороге беседки, и когда заговорили о ней, поставила уши и ухмыльнулась.
– Так вы это, адрес-то нам оставьте, – попросил Валера. – Чтоб мы Женьку забрали!.. И сало чтоб передали…
– Джессика не хочет возвращаться, – сказала Марина с нажимом. – Вы ее вернете, она снова убежит, и все дела.
– Так чего ж нам делать?! Пусть у вас останется?! При живых родителях в людях?!
Вернулась Татьяна с другой бутылкой в руках.
