Семнадцатилетняя Настя, мечтающая стать актрисой, переживает сложный период взросления. Натянутые отношения с матерью, загадочная ненависть бабушки к покойному отцу и собственные амбиции заставляют девушку искать свой путь в жизни, преодолевая боль и непонимание.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Серьга Артемиды» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Семнадцатилетняя Настя, мечтающая стать актрисой, переживает сложный период взросления. Натянутые отношения с матерью, загадочная ненависть бабушки к покойному отцу и собственные амбиции заставляют девушку искать свой путь в жизни, преодолевая боль и непонимание.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Семнадцатилетняя Настя, мечтающая стать актрисой, переживает сложный период взросления. Натянутые отношения с матерью, загадочная ненависть бабушки к покойному отцу и собственные амбиции заставляют девушку искать свой путь в жизни, преодолевая боль и непонимание.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
В нашем поколении тридцатилетний человек считался окончательно взрослым. Правда, все давно изменилось, конечно.
– Конечно, – согласилась Тонечка несколько язвительно.
…С чего она так… разгорячилась? Что задело ее за живое? Воспоминания о муже? Или мысль о том, что продюсер Герман ничем не отличается от остальных – крутит романы с артистками, до которых ему и дела-то никакого нет, вон даже не знает о родителях?..
– А вам совсем не интересно? – спросил Герман тоже несколько язвительно. – Кто ее убил и за что? И почему Василий Филиппов так перепугался? Вы же сценарист, вас все это должно… возбуждать.
– А, ну вас, – и Тонечка махнула рукой. – Вы ничего не поняли.
– Чего – ничего?
– Придуманная история отличается от настоящей, как… – она поискала сравнение, – ну вот как история Ромео и Джульетты от криминальной сводки о подростковом суициде! Может, мне тоже любопытно, но всех жалко, понимаете? Светлану Дольчикову, ее маму, даже этого вашего Василия! У всех этих людей горе, а нам… любопытно! Свинство же!.."
"– Не знаю, – сказал Герман. – По-моему, вы слишком усложняете. И как-то сразу начинаете подозревать!
– Кого и в чем? – фыркнула Тонечка.
– Меня в свинстве, – сказал великий продюсер. – Или я опять не прав?
Он был совершенно прав, но не говорить же ему об этом!.. Впрочем, он, кажется, догадался.
…Вот сейчас высадит меня из машины, пронеслось у Тонечки в голове, да еще работу отнимет, закажет заявку другому сценаристу! Ими – нами, сценаристами! – можно не то что пруд запрудить, а целый океан заокеанить!
– Я говорю абстрактно, – моментально заюлила Тонечка, она всегда начинала юлить, когда понимала, что плохо ее дело, – не о вас, а вообще!.. И мне тоже любопытно, я же человек! И страшно люблю сплетни, только не из интернета, где не сплетни, а какое-то безобразие, а из журналов, понимаете? Где человек сам дает интервью, сам про себя вдохновенно врет, сам верит тому, что говорит! Вот это я всегда читаю, мне для работы нужно!
– Вы оправдываетесь?
Она улыбнулась.
– Пожалуй.
– Оправдания приняты.
Тонечка опять посмотрела в окно.
За окном была Москва, весна, безлюдные парки за заборами. В этой части огромного города все парки были за заборами, и в них никто никогда не гулял – правительственные резиденции или какие-то секретные дачи. И машин мало, хорошо, просторно!..
…Вот если бы не нужно было срочно писать сценарную заявку, затем ехать на «совещание с продюсером», потом переписывать, вновь совещаться и вновь переписывать, Тонечка засела бы на даче. Как прекрасно поздней весной, когда вот-вот все распустится, засесть на даче!.. У нее припасена стопка книг, еще не читанных. Она покупала потихоньку, когда были свободные деньги – книги нынче дороги! – и самое лучшее, интересное оставляла «на отпуск».
