Большинство из них устали, однако в их рядах все равно чувствовалась эйфория. Совершенно незнакомые маги и ведьмы сжимали друг друга в объятиях и здоровались. Часть людей осталась в деревне и заняла брошенные дома, другим мы помогали разворачивать палаточный городок прямо под стенами шато. Машины с припасами разгрузили и перенесли продукты в погреба замка. Хотя все понимали, что нам предстояли трудные времена, в лагере очень скоро воцарилась оживленная атмосфера. Разводились костры, чтобы приготовить еду, а над ними появлялись котелки, в которых варились восхитительно пахнущие супы. Аделаиза велела рыцарям отнести в лагерь свежие багеты, и их встретили громким ликованием. От разногласий между магами и ведьмами не осталось и следа. Всех объединила одна цель: свержение Регулюса.
Воздух наполнили голоса и музыка. Все как будто только и ждали, когда наконец отправятся на войну. Что угодно лучше, чем бездействовать в убежищах и гадать, когда демонам удастся преодолеть стену. Мы лечили огромное количество волдырей, ссадин и порезов. На побережье оказалось недостаточно машин, и многим пришлось идти пешком. Одна ведьма, чьими ранами занималась Маэль, сообщила нам, что Эш не захотел разделяться со своими людьми и тоже отказался от комфорта автомобиля.
До сих пор я так и не встретила его в этой суматохе, однако со всех сторон слышала только хвалебные гимны и не могла дождаться, пока его увижу. Мне хотелось, чтобы между нами все снова стало как прежде, пускай я и не разделяла чувств, которые он ко мне испытывал, Эш все-таки был одним из самых важных людей в моей жизни. Он вышел мне навстречу, когда я несла из замка свежие бинты. У нас не получилось окончательно помириться, и, наверно, я должна все еще злиться на него, потому что он знал, что София заблокировала мою магию. Но я не могла. Слишком обрадовалась тому, что он жив и здоров. Поставив корзину с перевязочными средствами на землю, я направилась к нему.
– Вианна. – На его лице промелькнула неуверенность, хотя он теперь занимал пост главы Конгрегации, что во время нашего отъезда из Гластонбери, наверное, вряд ли мог себе даже представить.
Я сделала еще один шаг, сомневаясь, можно ли просто его обнять. Слишком много всего произошло.
– Я надеялась, что ты вернешься и поддержишь нас.
Он улыбнулся одним уголком рта:
– После твоего письма я не мог отказаться. Но и так не отказался бы. У тебя все хорошо? – Его голос звучал мягко и ласково.
– Со мной все в порядке. А ты стал знаменитостью.