Только три года! Как-то зимой мать заболела и быстро стала угасать, сгорая на глазах. Что только не делал Угох – кормил её ещё сочащейся кровью, горячей печенью косули, обмазывал жиром собственноручно убитого Длиннолапого, сколько перетаскал мяса шаману, дабы тот дымом вонючих трав и бешеными плясками отогнал злых духов болезни, всё напрасно.
Сила любви матери не смогла перебороть силу смерти. Уже совсем угасая, она, глядя на горюющего сына, сказала:
– Глупый, это счастье, когда мать уходит в туманную долину предков раньше своих детей. Когда-нибудь ты это поймёшь. Не печалься, я и там всегда буду любить тебя и помогать. Не надо долго горевать, приведи девушку, ты уже большой мальчик, уже пора.
– Таких, как ты, больше нет.
– Именно таких тебе и не нужно. Оглянись, возможно, есть и получше.
– Такого не может быть!
– Глупый ты ещё у меня, сынок, – мать слабо улыбнулась и провела горячей ладонью по щеке, – глупый.
Вскоре Белый Цветок умерла. Белый Цветок – так звали мать Угоха.
Угох смотрел на женщин и не находил никого, похожего на свою мать. «Всё-таки она ошиблась», – думал Угох, возможно, впервые он не поверил своей матери, а зря…
Это случилось следующей зимой. Как-то раз на отошедших чуть в сторону от стойбища заигравшихся детей напали две пещерные гиены. Отвратительные, хитрые и трусливые твари. Но это суровый мир, здесь нужно всегда быть начеку. Голод может придать смелости даже таким вонючкам, как гиены, чтобы они подкрались к самому стойбищу. Что говорить о детях, если даже взрослые иногда об этом забывают."
"Дети заигрались и забыли об осторожности. И Угох расслабился, забыл захватить свой могучий топор, когда пошёл по неким делам, не захватил он и своего грозного копья, у него был только нож. И Угох оказался самым близким из охотников к месту трагедии. Лишь в последний момент дети заметили смертельную угрозу и с криками побежали в стойбище. Гиены помчались за ними. Угох кинулся навстречу гиенам.
Никто в этом мире не бегает с одинаковой скоростью. Даже представители одного вида. Одна из гиен бежала быстрее другой, один из мальчиков бежал чуть медленнее остальных, в результате, когда быстрая гиена догнала медленного мальчика, она сбила его с ног и, прижав лапами, рванула спину, но вместо горячего мяса лишь вырвала кусок меха. Люди хитрые, мех, который они носят, не является частью их тела. Гиена промахнулась. Второго захода ей не дал сделать Угох. С разбегу, пытаясь оттолкнуть слюнявую пасть, нависшую над мальцом, Угох угодил одной рукой ей прямо промеж зубов, зато второй нанёс мощный удар своим ножом в шею! А ножик у Угоха был будь здоров! Гиена умерла сразу, ещё бы, с практически отрезанной головой, но челюсть захлопнуть успела. Два пальца и часть ладони отрезало, как гильотиной.