Жанр
В Африке середины двухтысячного века – время передовой человеческой эры, Шаг в Палеолите предлагает незаурядное изысканство истории. Невероятная атмосфера древности и природной выносливости людей пронизывает каждую страницу. Здесь история несет за собой дыхание пещер, вкус охотничьего коптящегося мяса и тонкое понимание человеческой природы в условиях естественной среды....
– Что же вы тут, ребятки, делаете?
– Мы… – на мгновение замялась Лисёнок, – хотели немного поесть.
– Чем же, если, конечно, не секрет?
Дети испуганно переглянулись, словно я мог отобрать их жалкие крохи, или… неужели с ними уже такое было?! Но потом, решившись, Лисёнок показала маленький кусочек мяса и пару каких-то растительных хвостиков, а брат давешние ракушки.
– Ну-у… – с сомнением протянул я, – разве будущему Великому охотнику и будущей красавице этого хватит? Давайте-ка вы съедите это потом, а сначала пойдём и съедим то, что есть у меня.
– Нет, нет! – в испуге замотала головой девочка. – Нам нельзя есть еду шамана, нам даже нельзя подходить к его костру.
– Это кто же вам такое сказал?
– Так всем говорит шаман Пёстрый Полоз.
– Что и кому говорит Пёстрый Полоз, мне, собственно, чихать. Я Большой шаман Горький Камень и делаю то, что считаю нужным. Ясно?
Брат с сестрой быстро закивали. Ещё бы, спорить с таким грозным дядей…
– Но сначала я вам покажу один тайный шаманский обряд, – заговорщицки зашептал я.
– Какой? – чуть ли не хором вырвалось у них.
– О-о, этот обряд называется «Умывание перед едой». Это очень важный и нужный обряд. Вот сегодня у меня есть еда, а значит, у меня была удачная охота, и, когда я мою руки перед едой, я делюсь частичкой своей удачи с водой. И вода когда-нибудь обязательно меня отблагодарит.
– А что надо делать? – Ребяткам не терпелось приобщиться к такому полезному ритуалу.
– Ну, тут всё просто. Повторяйте за мной. Руки в воде трём вот так, так, а теперь лицо.
"Да уж, чувствуется, сия процедура у детишек не часто практикуется. От грязи, конечно, совсем не отмылись, но хотя бы посветлели.
– За мной, мои юные друзья, – скомандовал я и двинулся в сторону шалаша.
– Скажи, Большой шама…
– Стоп, – остановил я начавшего говорить Белку. – Давайте договоримся, что, когда мы одни, называете меня просто дядя Пётр, а на людях – Горький Камень. Ясно? – Кивают. – Ну тогда спрашивай.
– Скажи… дядя Пётр, а что надо говорить, когда делаешь «умывание перед едой»?
Вот чёрт, прокол! Это же шаманский ритуал, тут обязательно бубнить что-то нужно.
– Это не так важно, – с уверенным видом начал выкручиваться я. – Тут главное – делать всё как можно чаще. Я вот, например, говорю: «Вода, вода, возьми моей удачи, поделись со мной твоей силой».
«Во я гоню, совсем никакой совести, а впрочем, хуже не будет». Видно было, как дети активно шевелят губами, запоминая сокровенные слова.
