Автор
В старом доме, окруженном тишиной и темнотой, герой исследует тайны за стеклопакетами. По мере того как месяц уходит, вокруг дома нарастает напряжение, предвещая нечто необъяснимое. Атмосфера полной изоляции и скрытых угроз усиливается в этой заброшенной обстановке.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Шаг во тьму»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В старом доме, окруженном тишиной и темнотой, герой исследует тайны за стеклопакетами. По мере того как месяц уходит, вокруг дома нарастает напряжение, предвещая нечто необъяснимое. Атмосфера полной изоляции и скрытых угроз усиливается в этой заброшенной обстановке.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В старом доме, окруженном тишиной и темнотой, герой исследует тайны за стеклопакетами. По мере того как месяц уходит, вокруг дома нарастает напряжение, предвещая нечто необъяснимое. Атмосфера полной изоляции и скрытых угроз усиливается в этой заброшенной обстановке.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Старик так просто не сдастся.
Теперь ему некуда деваться. Должен признать, что мы можем продолжать охоту за городом. Можем – и должны.
Так что уломаем. Хотя постараться придется…
Гош и Виктор уже выгрузились из «лендровера» и ждали у крыльца. С первого взгляда казалось, что у Виктора обе руки перебиты: правая подвязана, а другую он сам согнул, баюкая книгу. Можно подумать, это он ее из подвала вынес…
– С добрым утром, мессир Храмовник! Хорошо спал. Не иначе в прошлые ночи храброе сердце успокоиться не могло?
Я прищурился, разглядывая его. А мне-то показалось, что после того, что там было, в нем проснулось что-то человеческое…
В окне дрогнули полоски жалюзи. Старик нас заметил, сейчас откроет дверь…
Он не только заметил, он даже в кои-то веки выкатил из дверей наружу. Сделал круг, цепко оглядывая каждого. Остановился перед Виктором:
– Жить будешь? Будешь, вижу… – Но смотрел Старик уже не в лицо Виктору и не на перебинтованную руку, а на вторую.
Подкатился в упор, почти наехав Виктору на ноги, вырвал книгу, жадно вгляделся в переплет. Под лучами солнца узор из стальных чешуек плыл, живой, затягивал взгляд.
Старик плюхнул книгу себе на колени, откинул обложку, кончиками пальцев провел по странице, потом жадно зачерпнул сбоку, пропустил под пальцами плотные страницы, тяжело хлопавшие друг о дружку, совсем не так, как шелестит современная бумага из целлюлозы.
– Молодцы, ребятки, молодцы… Ну, давайте в дом.
И он первый укатил в дверь, через раз толкая рукой колесо и поправляя книгу, чтобы не слетела с колен.
За ним шагнул в дом Виктор, потом Гош. Шатун покосился на меня, пропуская, но я еще постоял. Под солнцем, ярким и еще чуть греющим, несмотря на осень. Закрыв глаза, подставив ему лицо, – чтобы согрело кожу и забралось глубже, вытопило налет горечи.
Конечно, Старик ждал книгу. То, что мы целы, все у нас получилось и книга наконец-то у него – это, конечно, хорошо, это главное… И все-таки он мог бы спросить и про мальчишек. Мог бы…
А за порогом обрушилась тень.
Не только потому, что солнце осталось позади, – это холодок на коже. Но и под кожей, глубже потянуло по вискам студеным ветерком, невнятно-тревожным.
Ее эмоции. Ей не нравилось, что вокруг много людей, людей, которые умеют управлять тем, что у них в голове, не хуже, чем своими телами. Едва ли она отчетливо могла бы сказать, почему ей это не нравится, – связно мыслить она едва ли может. Лобные доли ей перебили. Но это шло из ее памяти.
– Я сейчас, – сказал Старик.
