Первый: ты живешь со мной, под моей личной опекой. Я раскрываю в тебе дар, который точно есть, учу, даю относительную свободу, а взамен ты слушаешься меня беспрекословно, не пытаешься сбежать и никому не говоришь о нашем родстве. Таким образом эти три месяца для тебя станут отдыхом, причем довольно интересным и насыщенным.
– А какой второй вариант? – спросил мальчик, которому, несмотря ни на что, до сих пор было страшно.
– Второй мне не нравится, но если ты откажешься от того, что предлагаю я, то озвученный срок проведешь в комнате с решетками на окнах. Что выбираешь?
Принц хмыкнул, всем своим видом показывая, что тут и так понятно, какое решение он примет. Потому вместо ответа спросил:
– Как мне тебя называть? Диар или Себастьян?
– Близкие зовут меня Кел. Это что-то вроде прозвища. Производная от Клевера. А вот имя Диар забудь и никогда не вспоминай. Поверь, лучше никому не знать, что мы с тобой родственники.
– А… – начал было Олит, красноречиво покосившись на управляющего этим странным транспортом лысого мужчину.
Кел проследил за взглядом брата и только шире улыбнулся.
– Это Этари, мой друг. Ему я доверяю целиком и полностью. А значит, и ты можешь ему доверять.
Принц кивнул, сел еще немного удобнее и даже откинулся спиной на глянцевую обшивку стены этого неизвестного летающего аппарата.
– Я мечтал, что мы когда-нибудь встретимся, – произнес принц. – Мама…
– Прошу, не упоминай при мне свою мать, – попросил Кел, стараясь скрыть раздражение. – Не стоит. Ты мой брат, да. Я это признаю. Мне даже хочется узнать тебя ближе, научить тому, что я знаю сам. Но вот о леди Диане я слышать не желаю, как и о твоем отце. С ним мы враги. Мы по разные стороны баррикад. И официально ты, Олит, пленник. Но я буду рад, если в итоге ты решишь не возвращаться обратно во дворец.
Мальчишка не ответил. Ясное дело, что ему было неприятно такое отношение старшего брата к его родителям. И он хотел бы возразить, сказать, что Диар… или Кел, ошибается. Что его любят дома, что мама каждый день перед сном молится Великим богам Семирии, чтобы они уберегли ее старшего ребенка от бед и указали путь домой. И юный принц не сомневался, что когда-нибудь обязательно расскажет об этом Диару… Когда-нибудь, но не сейчас.
Несмотря на довольно юный возраст, Олит уже многое понимал, а за полгода жизни во дворце повзрослел настолько, что сам себе удивлялся. Его детство закончилось, когда император официально признал его сыном и назначил наследником престола. С того самого момента тринадцатилетнему мальчику пришлось с головой окунуться в жуткую непонятную паутину дворцовых интриг.
– Ты правда собираешься учить меня магии? – спросил он, поднимая лицо к Келу. – У меня же нет дара.
– Есть, – усмехнулся тот. – Мой дар начал просыпаться в десять.