Хотя самого Кела подобные сантименты волновали мало.
Спустя несколько минут Лами сама отступила назад. Тяжело вздохнула, поправила рубашку, которая каким-то странным образом оказалась расстегнута, и красноречиво указала Себастьяну наверх.
– Вы с принцем ведь голодные, – сказала она с сожалением. – Давай продолжим после ужина.
– Обязательно продолжим, – хмыкнул Кел. – Я ведь тоже соскучился.
Ужин оказался поразительно вкусным. Олит вообще, каждый раз откусывая кусочек пирожка, восхищенно мычал и закатывал глаза от удовольствия. В такие моменты он сам был готов предложить Ламилии руку и сердце. Да и всю империю в придачу.
Лами сидела рядом со своим обожаемым Себастьяном и смотрела на него так, будто была готова съесть. Сам же Кел просто наслаждался вкусной едой и теплой атмосферой своего дома. Все-таки за время поездки он успел истосковаться по этому уюту, да и по податливому телу Ламилии. Сейчас ему уже не терпелось подняться наверх, уложить свою девушку на их большую кровать, стянуть с нее это платье…
Его мысли прервал громкий стук в дверь, причем тарабанили с такой силой, будто случилось что-то поистине страшное. Открывать предсказуемо отправилась Лами. Кел лишь устало вздохнул, почему-то решив, что явился либо Этари… с жалобами на Гаррета, либо сам Гаррет. Увы, эти двое не ладили. Их мнения расходились абсолютно по всем вопросам: от мелких до глобальных. Но Клевер ценил их обоих. И если Эта он считал братом по духу и просто мудрым товарищем, то в Гаррете, или Ирбисе, как сам его прозвал, видел надежного соратника, готового ради успеха общего дела горы свернуть.
– Говорю тебе, он занят! – донесся до слуха Кела отчего-то напряженный голос Лами. – Подожди здесь!
– Нет времени! – виновато бросили в ответ, а потом дверь кухни распахнулась, явив глазам Кела взволнованную темноволосую девушку – одну из тех обреченных, кого он не так давно спас от костра в столице.
– Шейла, – вспомнил он, глядя на нее с непониманием. И тут же решил уточнить: – Я правильно запомнил твое имя?
Но этой неожиданной гостье явно было не до приветствий. Увидев хозяина дома, она вздохнула с таким облегчением, что ему стало не по себе.
– Себастьян, – начала девушка, замерев на месте. – Пожалуйста, умоляю вас, спасите ее. Она может умереть в любую минуту. Линия ее жизни почти оборвалась. Прошу…
– Стоп, – сказал он, поднимаясь со стула и делая шаг к гостье. – Давай по порядку. Кого я должен спасти?
– Да глупости это, – почему-то решила вмешаться Лами. Хотя обычно вела себя куда спокойнее. – Поверь, родной, это не стоит твоего внимания. А ты, – она повернулась к Шейле, – уходи. Себастьян устал. Дай ему время передохнуть.
Но у Кела были совсем другие мысли.