Под проклятой звездой в глубине дома, молодой лейтенант рывком прошел через темные коридоры. Внутри было тихо — лишь шепот работающих слышался с другой стороны закрытого барьера. Женщина средних лет ждала его у входа, а пожилой мужчина завязывал посылочный ящик в крепкий ремень, ступив на нагревшийся резиновый штемпель....
Щелкнул затвор, вошедший рухнул на землю и перекатился вправо от входа, обшаривая автоматным стволом темноту.
И – замер.
Холодная сталь коснулась его виска.
– Что ж так сразу-то – за автомат? А поздороваться?
– Дядька Федор кланяться велел – сам прийти не может.
– И ему мой поклон. Ногу подвернул?
– Нет, прихворал малость.
У самого уха лежащего щелкнул предохранитель пистолета.
– Так бы сразу… а то – за ствол…
Ничего удивительного в этом не было. Войдя в сарай, человек почти тотчас же лишался какого-либо маневра – уж больно много тут было навалено всякого, ненужного более в хозяйстве, барахла.
"Уйти от предполагаемых выстрелов можно было только вправо – там было более-менее удобное место, чтобы туда заныкаться.
Так оно и оказалось.
Щёлкнула зажигалка, и неяркий огонёк осветил лицо вошедшего – молодого парня лет двадцати – двадцати трех.
– Вы от Копчёного? – спросил он, прищурившись и переводя взгляд с одного гостя на другого.
– Да. А тебя Карзубый прислал?
– Он. Сколько вас?
– Трое.
– А минёр где?
– Тут я, – приподнял руку Сиротин.
– Тогда – пошли! Остатние могут и до дому топать.
– Стоп, родной, обожди… – придержал его за руку Гальченко. – Мы так не договаривались! Я своего спеца вам не на продажу привёл – мне бы с Карзубым побалакать треба!
– Не знаю, он про то не говорил. За вас не знаю ничего.
– Тады – расходимся.
Подполковник поднялся и кивнул своим товарищам.
– Почапали! До утра как раз до дороги дойдём, а там уже проще будет…
– Эй, – вскинулся связной. – Как так?!
– Этим самым – кверху! – нелюбезно ответствовал подполковник. – У вас, друже, свой колхоз, а у нас – свой! Кабы не Копчёный – тока б вы нас тут и видали!
– Обождь… – засуетился парень. – Я до опушки пробегусь… там пацаны… я щас!
И его вихрем вынесло за дверь.
