Вдали от взрывных боёв и шума города, группа вынуждена находиться в затоптанной лесной чаще. Командир Секач аккуратно расставляет бойцов на карте местности, а сам тщательно сканирует сигналы эфира. Лишь после того, как всё вокруг становится спокойным и тихим, он с удовольствием улегается отдыхать на ветвях дерева, даря ногам шатуньяк отдохнуть....
Но и вы меня поймите, — примирительно произнес Тарханов, доставая из шкатулки трубку и набивая ее табаком. — Купчины на приеме генерал-губернатора такой вой подняли, хоть святых выноси. Жалоб разом подали более двух десятков. Вот его высокопревосходительство и отправил меня… Меня! С этим делом разобраться. А положиться мне тут толком и не на кого. Вы вот имеетесь, да еще часть воинская. Да толку в таком деле от той части, как с козла молока. Помогите, господа. Я не забуду, — вдруг тихо попросил он, угрюмо глядя в столешницу.
— Сделаем, ваше сиятельство. Вы только руки нам развяжите, — так же тихо отозвался Руслан, осторожно подталкивая Рязанова локтем.
Ну, это ему показалось, что осторожно. Графа чуть к стене не отбросило от его толчка.
— Благодарю, княжич, — помолчав, кивнул Тарханов. — Поверьте, господа. Не забуду. Слово даю. А что до руки развязать, извольте.
Он достал из того же бювара еще одну бумагу и, подав ее Рязанову, как старшему в этой связке, добавил:
— Что хотите делайте. Можете всех бандитов этих перестрелять.
— Сделаем, ваше сиятельство, — быстро прочтя полученный документ, ответил Рязанов. — По-своему, но сделаем. Позвольте откланяться?
— Ступайте, господа. И жду от вас добрых вестей, — отпустил их князь.
Друзья дружно щелкнули каблуками и, словно на параде развернувшись, вышли из кабинета.
— Что там? — спросил Руслан, едва только дверь в кабинет закрылась.
— Потом, — отмахнулся Михаил, взглядом указав на застывшего у окна полицмейстера.
— Одну минуту, господа, — встрепенулся тот, едва только они появились.
— Чем можем служить, ваше превосходительство, — холодно поинтересовался граф, даже не делая попытки поклониться."
"— Я вам настоятельно советую, господа, воздержаться от вмешательства в дела моего ведомства, — подойдя, зло зашипел полицмейстер.
— Ну, чем нам заниматься, это начальство наше решит, а что до укорота, так и нас не под забором нашли, — зашипел Руслан в ответ. — Смотрите, как бы благодетелю вашему пулю не словить.
— Да… да… да как вы смеете?! — ахнул полицмейстер, наливаясь дурной кровью.
— Мы много чего смеем, ваше превосходительство, — фыркнул граф в ответ и, обойдя его, направился к выходу.
