– Может, вы нам объясните все до конца?
– Разумеется, я сказал не все, что знаю, мистер Баркер. Но в вашем рассказе будет больше стройности.
– Вы так думаете? Но я могу сказать только одно – если и осталась какая-то тайна, то это тайна не моя, и я никогда ее не выдам.
– Если вы будете упорствовать, мистер Баркер, – тихо сказал инспектор, – нам придется держать вас в поле зрения, пока не получим ордер на ваш арест.
– Делайте, что хотите, – с вызовом ответил Баркер.
– Ваше благородство безгранично, Сесил, – сказала она. – Но я не могу больше им пользоваться, чем бы это ни обернулось.
– И не надо, – нахмурился Холмс. – Я глубоко вам сочувствую, мадам. И умоляю, доверьтесь правосудию, откройте все известные вам факты. Возможно, я и сам совершил ошибку, оставив без внимания вашу просьбу, переданную через доктора Ватсона. Но я в то время не сомневался в вашей причастности к убийству. Теперь-то я знаю, что это не так. И все же многое мне еще не ясно. Я вам очень советую, пригласите сюда мистера Дугласа. Пусть он сам все расскажет.
При последних словах Холмса миссис Дуглас изумленно вскрикнула. В тот же миг от стены отделилась мужская фигура – мы с полицейским от потрясения не могли вымолвить ни слова. Мужчина сделал несколько шагов к свету. Миссис Дуглас бросилась к нему, и руки ее обвили шею добровольного узника. Баркер, схватив его за руку, стал рядом.
– Это самое лучшее, Джек, – повторяла жена, – самое лучшее.
– Вы правильно поступили, мистер Дуглас, – сказал Холмс. – И вы в этом не раскаетесь.
Вошедший щурясь смотрел на всю компанию, как человек, долго пробывший в темноте. У него было замечательное лицо, смелые серые глаза, коротко подстриженные густые усы с проседью, волевой подбородок и неожиданно мягкие, готовые сложиться в улыбку губы. Он обвел нас дружеским взглядом и, к моему удивлению, шагнул ко мне, протягивая пачку исписанных листов бумаги.
– Я слыхал о вас, – сказал он приятным бархатистым голосом с легким американским акцентом. – Возьмите мою рукопись для своих исторических хроник. Никогда в ваши руки не попадала более удивительная история – ставлю последний доллар. Можете излагать ее на свой манер, но факты пусть останутся фактами. Если вы их не исказите, повествованию будет обеспечен успех. Я два дня просидел в этой крысоловке и все дневные часы писал эту повесть, хотя и днем там довольно-таки темно. Дарю вам ее – вам и вашим читателям. Это рассказ о Долине Страха.
– Но это дело прошлое, мистер Дуглас, – мягко сказал Шерлок Холмс.
