В коридоре квартиры Шейныловой, она озиралась поиски купальника. В последний миг память вспомнила про обещанный бассейн и его чистоту - идеальное место для любимого хобби – плавания. Красочный рекламный буклет подтвердил её догадки, готовя к незабываемому открытию в мире водных процедур....
— чтобы немного успокоить Мелькора и дать себе время на раздумье, честно сказала я, и переключилась на другую тему, — Давайте пока лучше думать о более важном и срочном — как помочь Ронану. Вы же не собираетесь принимать поражение и сдаваться на милость судьбы?
Пойду на этот брак, или нет — не знаю, но вот того, чтобы этот парень действительно загнулся, я точно не хотела.
— Не собираюсь. Но совершенно не представляю, что ещё можно предпринять. Мы перепробовали все известные средства.
— Та-а-ак, значит следует обратиться к началу. Давайте разбираться. Как, говорите, Ронан заработал свою болезнь?
— Он сам не понял, но случилось это в Проклятом лесу на границе с Мархаратом. Там они набрели на капище Хирга, многие склоняются к тому, что в недуге виновато проклятие этого чёрного места и его хозяина.
— М-м-м… — нахмурилась я, — А вы?
— Я не хочу в это верить.
— Вот и я полагаю, что стоит поискать более правдоподобную причину хвори.
— Из десяти человек выжило только двое.
— Плохо. — про себя рассуждала я, — Очень нехорошо. Мархарат… Мархарат… — и тут, как обычно — внезапно, снизошло озарение, — Мархарат! — в голос воскликнула я, — Ну конечно же…
— Что? — Мелькор непонимающе уставился на меня.
— Ну ведь граница, восток! Тьфу… ну она самая — иноземная территория! Так может и болезнь не «наша»!
— Нам тоже приходила эта мысль, но ни один франга не сумел подобрать к ней ключ.
— Во-от, а у отца здесь точно есть книга по их медицине, я просто уверенна, что она попадалась мне на глаза! Может ответ найдётся в ней?
— Тина, ты возвращаешь мне надежду. — лицо отца осветила уже немного более уверенная улыбка, а я, «слушая» тепло камня, уверенно направилась к нужной полке.
Надо сказать, с талисманом за последнее время мы уже значительно легче понимали друг друга.
Язык иноземцев я знала — буквы складывались в слова без проблем, беда в другом — я не понимала значения половины эти слов. Терминология «зарубежной» медицины, как, собственно, и местной, была мне не известна."
"— Так, не паникуем, выход обязательно найдётся.
