И побили Алекса за просто так, и с братом рассорился без причины. Ух. Безвыходная какая-то ситуация.
— Да, мы встречаемся с Алексом, но, как это сказать… пока несерьезно! Присматриваемся друг к другу. Алекс, кому я сказала — прекрати рычать, у меня ухо от твоих рыков глохнет.
— Почему это несерьезно? — несколько обиделся тот. Но рычать перестал.
Диего поднял бровь и с неверием посмотрел на быстро успокаивающегося брата. У того даже шерсть на скулах исчезла, за долгие годы он привык с подругой-человеком осторожничать и мгновенно остывал, если для меня становилось опасно.
Все, теперь до обсуждения ночного проникновения в окно комнаты Алекса — рукой подать.
— Босс! — мы отвлеклись, и никто не услышал заглянувшего из коридора Вито. Вот же шельмец, передвигается так, словно по воздуху плывет. Сейчас он с большим интересом рассматривал двух скалящихся братьев и меня, бесстрашно их удерживающую. — Квестор Игнац очень извиняется, но пропуск разрешил выписать только на выход. Говорит, времени разбираться нет, из-за событий последних дней гражданским лучше не оставаться в отрядном корпусе, даже родственника. И мне было велено проводить твоего брата до проходной.
— У, как у вас строго. Ладно, Диего, еще встретимся и поговорим, — бодро сказал Алекс, радуясь прекрасной возможности свалить, пока окончательно не напортачил. — А ты, Ева… в общем, увидимся скоро. Я с отцом поговорю, чтобы он тебя к нам в компанию на практику устроил.
На брата он предостерегающе зыркнул, дескать, "мое", только попробуй покуситься.
И пока я стояла столбом, аккуратно обнял, быстро чмокнув в щеку.
Какая еще практика в компании?! Нельзя мне в компанию. И откровенничать насчет своих опасений не могу.
С тоской во взгляде я проводила ловко смывшегося спасителя. Немного протормозил, но все же ушел за Алексом с любопытством оглядывающийся Вито.
— Выходит, ты у нас занятая девушка? — спросил Диего, когда мы остались один в опустевшей комнате.
— Выходит, так, — выдохнула я и с трудом разорвала контакт с гипнотизирующей меня глубиной синих глаз. Как не посмотрю, проваливаюсь. — Ой, извини, я же вещи до конца разобрать не успела. Надо бежать…
Только бы не остановил, только бы расспрашивать не начал. И так красная по уши. Ну, да, это Я с тобой целовалась, Я стонала как больная, когда ты меня обнимал. Но! Может я твоего брата представляла. Не тебя же…
Эх, и ведь действительно думала, что меня обнимает Алекс.
