Хватит волнений. Пора расслабиться!
В душевой, как сообщили мои раскинувшиеся щупы-сенсоры, никого не было. Никаких чужих эмоций, нарезающих мою нервную систему на ленточки. Только я, целехонькая и удачно вывернувшаяся из всех передряг. Йо-хо-хо!
Пританцовывая и вяло размахивая полотенцем, я отправилась мимо душевых кабинок в самый дальний торец. Искупаюсь и баечки, день прожит на всю катушку.
Платье и полотенце на крючок, тапки у стенки, а сама в последнюю душевую кабинку. Дверцы здесь не предусмотрены, но это и хорошо, любые преграды ослабляют мой ментальный дар.
Пару минут я напевала бесконечный припев из модной в этом сезоне песенки, шлепая босой ногой по плитке:
С другой живешь любовно
Под ноги стелишь коврик
А мне давно все ровно
Я — Леди. Леди-Пофиг!
Я — Леди! Леди-Пофиг!*
Намылила голову и насторожилась. Где-то недалеко шли люди, в весьма приподнятом настроении. На всякий случай я вывернула воду на полную, чтобы быстрее смыть пену, но из лейки неожиданно полился кипяток.
Я проклятьями я выскочила из-под струи, чтобы в ужасе тут же нырнуть обратно. Неизвестные личности очень быстро приближались. Не-человечески.
Обвариваясь под огненным потоком воды, шипя и ругаясь сквозь зубы как наш университетский профессор Подростковой психологии, я трясущимися руками крутила вентили, в глубине души надеясь, что успею, должна успеть, дверь-то на задвижке.
Ну постучат, покричат немного, я как раз смою мыло и натяну платье.
Бух. Задвижку просто выбили одним толчком.
— Бубен, ты опять замок ломанул. Смотри как болтается. И вода льется. Зуб даю, какой-то новичок приперся, еще не в курсе правил помывки.
— Это не я. Замок еще вчера болтался.
— Эй, есть тут кто? Ха-а, присоединяйся!
Грубовато-веселые голоса разносило по всему крылу душевых. Если я сейчас брошусь к одежде, они меня увидят. Незнакомые парни из какого-то отряда.
Их веселость горчила, отравляла… в ней что-то было не то. Кажется, она мешалась с грубоватым вожделением. Секунда и вдоль прохода полилось неудержимая, бурная… похоть.
— Мальчики, зачем нам еще кто-то, мне и вас троих перебор.
Манерный девичий голосок сопровождался хихиканьем и короткими взвизгами, как будто говорившую щипали или мяли в процессе.
Наконец, вода пошла нормальной температуры, но моя кожа уже горела от перегрева. Не успевший закрыться разум тоже пылал до боли, корчась в пожаре чужого бесконтрольного торжествующего желания. Его было много, они бросали свою жажду друг в друга, а попадали в меня.
