В темноте под дождем, два путника Бернард и Освальд борются за выживание. Они настолько ослаблены, что их ось сломалась у тракта, ведущего к Вестгарду. Каждый шаг становится отчаянной попыткой добраться до укрытия перед грядущей бурей.
Двое сидели возле зубцов, сжимая в руках древки воткнувшихся в них арбалетных болтов. Ещё пятеро метались по парапету, таская камни и пытаясь отстреливаться из арбалетов. Помощи ждать было неоткуда.
Я шумно выдохнул и поудобнее перехватил меч. Если уж мне и суждено сегодня погибнуть, то сделаю я это с оружием в руках, борясь за собственную жизнь, а не забившись в угол и мола о пощаде. Ну, как говорится, с богом."
"Ноги понесли меня вниз. Узкие ступеньки винтовой лестницы то и дело норовили выскользнуть из-под ног.
— Ты куда? — Тур, тащивший к двери ещё один кусок балки на мгновение замер, уставившись на меня.
— Вниз. Разбираться со всем этим бардаком.
— Один?
— Да.
— Давай я…
— Держите дверь. Не дайте этим сукам взять бастион. Об остальном я позабочусь.
Дожидаться ответа здоровяка я не стал. А просто рванул дальше по ступенькам, оставив площадку второго яруса башни позади. На первом этаже, возле выхода на улицу метались ещё двое бойцов из числа городской стражи.
— Открывайте, — скомандовал я.
— Что? — оба тут же уставились на меня, — Ты совсем что ли с глузду съехал? Их там несколько сотен! Что ты делать то с ними собрался?
— Собрался не дать им подохнуть из-за поехавшего фанатика, — сплюнул я, — Очнитесь, ёб вашу мать. Это ваши соседи. Ваши знакомые.
Солдаты неуверенно переглянулись. А затем вытащили фальшионы из ножен. Хорошо. Значит, будет кому прикрыть мне спину.
Метрах в ста от нас, возле главных ворот бесновалась толпа.
