В темноте под дождем, два путника Бернард и Освальд борются за выживание. Они настолько ослаблены, что их ось сломалась у тракта, ведущего к Вестгарду. Каждый шаг становится отчаянной попыткой добраться до укрытия перед грядущей бурей.
Тление за несколько секунд переросло в ярко полыхающее пламя, который он попытался потушить, упав на землю и начав по ней кататься. Тщетно. Второй щелчок. У другого «волка» вспыхнул герб на сюрко. В толпе крестьян, раздался крик: «Колдун! Здесь колдун!»
Началась паника. Люди стали разбегаться с улицы, пытаясь втиснуться в узкие переулки и закутки. Некоторые ломились в дома. Стражники пытались направлять взбесившуюся толпу, но их было просто слишком мало, чтобы сладить с ней.
А вот враг не растерялся. Его бойцы перестоились, выставив вперёд щитовиков и отведя всех остальных под их прикрытие.
Четыре болта застряли в щитах врага, однако один сумел проскользнуть над ними и впиться одному из бандитов прямо в глаз. Древко ушло в голову почти по самое оперение. Враг ещё секунду постоял на ногах, как бы размышляя, куда бы ему лучше завалиться, а затем рухнул вперёд, как подкошенный.
— Блядский хер, — выругался командир стаи, не став уточнять, откуда вдруг у бляди мог появиться хер.
— Вперёд! — скомандовал я, — Наступаем!
Бойцы начали перелезать через забор, и тут в нас полетели ответные стрелы. Одна попала Дирку в бок, заставив его выронить оружие.
Забор остался позади. Пламя начало перекидываться на стены купален. Вновь хлопнули тетивы арбалетов, но на сей раз болты ни в кого не попали.
— Держать строй. Арбалеты убрать. Щиты вперёд. Остальные за ними. Марш!
Бойцы Бернарда достали из ножен оружие, и мы рванули вперёд. Снова свистнули стрелы, выбив из строя Вендела. Но на его место тут же встал Тур, поудобнее перехватив свою двуручную секиру.
До врага оставалось несколько метров. Метр. Раздался грохот столкнувшихся щитов. Лязг стали. Крики раненых.
— Бернард, обходи с флангов! — рявкнул, я, и сам рванул в сторону, обнажив меч. Шаг. Другой. Третий. Перед глазами маячит фигура в чёрном сюрко. Замах… На шею врага опускается топор здоровяка, перерубая её почти что пополам. На губах бандита пузырится кровь. Она же бежит по блестящей стали, толчками выплёскиваясь из стремительно разбухающей раны.
