Автор
Встреча с неожиданным вызовом на скорой перевозке превращается в необычное приключение. Клиентура медиков расширяется: пациентами становятся обычные люди в поисках помощи, а не только медицинские случаи. Внутренний туалет станции становится местом встреч с невообразимыми эпизодами и подлинной драмой....
Можно даже ему и бабла подкинуть.
Хотя, для хакера его уровня забраться в базу клиники, пусть и навороченной, и, я уверен, с нехилой защитой, уж об этом Игнат заботится, учитывая его клиентов… В целом, это должно быть легким делом. И быстрым. Так что премию ему платить не за что.
Сканы карты из кабинета Машки тоже уже у меня. Сама карта, само собой, осталась на прежнем месте.
Вот только проблема в том, что я нихера не понимаю, что за диагноз. Но тут уж сам как-то, по старинке. С гуглом.
Читаю, перечитываю.
Выдыхаю.
Реально ничего опасного.
Но вот в самом начале, показания на удаление матки… Сука.
Опять накатывает дикая злость на себя, мудака. Наверно, это же у нее осложнения после того, как..
Короче, из-за меня все.
Я убираю документы, выхожу из кабинета, через коридор в спальню, где со вчерашнего дня спит моя Шипучка.
На пару минут застываю, глядя на нее, тихо сопящую под одеялом.
Такая картина нежная. Правильная. Все так, как и должно быть.
Моя женщина, в моем доме, в моей постели… У многих мужиков — это обыденность. У самых везучих, не подозревающих о том, какие они долбанные счастливчики.
Даже мои подчинённые счастливее меня.
Ремнев, давно и счастливо женатый.
Полу-партнер по бизнесу, полу-подчиненный — Паша Носорог, не так давно родивший парня.
Да даже одинокий волк, который, по идее, всю жизнь должен был бобылем бегать, Лысый Миша! И тот нашел себе женщину, готовую его терпеть.
Правда, Ремнев как-то ляпнул, что там не радость ему, а, наоборот, наказание, но это уж их дело, внутреннее…
Последнее время вокруг меня подозрительно много семейных. Это странно, учитывая, что еще пятнадцать лет назад рядом крутились в основном одинокие и шустрые мужики.
Я прикуриваю, щурясь на мокрый Питер с высоты, и вспоминаю то веселое, в кавычках, время.
Я тогда, после жесткого посыла Шипучки, созвонился с Витей Черепом и на следующий день вылетел обратно на Дальний.
Васю оставил в Питере, замораживать вопрос с местной братвой по моей доле и приглядывать за Шипучкой.
Потому что как бы она меня не посылала, оставить её без защиты я не мог.
На Дальнем все закрутилось быстро.
Времена тогда были веселые и жирные.
Леса много, Китай рядом. У Черепа — подвязки с китайскими товарищами.
На границе полно старых лесопилок, полузаброшенных, а то и совсем кинутых прежними хозяевами.
