Автор
Женщина спешит по городу, ощущая угрозу от незнакомца на чёрной машине. Её преследуют неизвестные силы, и в душе нарастает страх. Это психологический триллер о борьбе с невидимой опасностью и попытке выжить в современном враждебном мире.
Все ноет внизу, горит, требует внимания, член погружается до горла, короткими резкими толчками, на глазах выступают непроизвольные слезы, запах его тела, тяжелый, мускусный, дурит сознание, он что-то шепчет, говорит какие-то невероятно пошлые слова, которые заводят еще сильнее, мне жарко, душно и тяжело.
Я не знаю, сколько это продолжается, но в какой-то момент все меняется, тяжесть уходит, он перемещается вниз, целует меня, жадно проникает языком в рот, и одновременно толчком в тело. И я кончаю сразу же, как только чувствую его в себе. Выгибаюсь, слезы льются из глаз, он не прекращает терзать мои губы, и двигается, продлевая мое удовольствие, мое наслаждение. Это длится и длится, волнами накатывает, от живота в ноги и обратно к сердцу, затапливая с головой. И это настолько нереально, настолько ново и безумно, что я, мне кажется, в какой-то момент сознание теряю от происходящего.
И прихожу в себя от его немного испуганного голоса:
— Олька… Олька, ты чего? Мать твою, бл*, урода кусок… Олька…
Я открываю глаза. Лицо Олега надо мной испуганное, настороженное. Такое родное. Мне кажется в этот момент, что я умираю. Лечу куда-то, настолько мне легко, настолько невероятно правильно все. Я провожу пальцами по его щеке. Колко. Так хорошо.
На запястьях красные следы от ремня. Но не больно. Совсем.
Олег с облегчением выдыхает, зацеловывает мои руки, полоски от ремня:
— Олька, прости меня, я дурак… Перестарался чего-то… Ты прости, переклинило меня. Я же видел, что тебе самой нравится… Вот и сдурел на радостях…
— Ничего…
— Олька…
Он опять целует меня, в этот раз совсем по-другому, нежно-нежно, долго. Так долго, что мне кажется, я опять уплываю куда-то. Словно на волнах качает. Голова кружится.
— Тебе понравилось?
— Да…
— Мне тоже. Мне пи**ц как понравилось. Ты нереальная просто… И злая такая красивая. Ну какие бабы, Ольк? Ну какие могут быть бабы?
— Помада…
— Да говорю же, случайность! Глупость!
Он валится на спину, счастливо подгребает меня себе под бок. Я провожу пальцами по его груди. Мягко целую, глажу.
— Я же не знаю, где ты… С кем ты… Ты не подумай, я не собираюсь ничего… Но просто… Ты же знаешь, я волнуюсь…
— Оль, — он садится и смотрит на меня. Пристально и серьезно. — Я завязал уже. Больше ничего такого. Не будет. Не повторится никогда. У меня все честно. Все легально. Я даже налоги собираюсь платить. Слышишь? Я обещаю, что больше тебе не нужно будет волноваться. Никогда и ни о чем.
Я молчу.
