Направления, линии Силы, проходившие, казалось, совсем рядом.
– Ничего не понимаю, – признался Дреер.
– Это один большой артефакт, – заговорила Анна. – Весь парк, даже оба парка. С дворцами и всем прочим.
– Тут есть специальные камни-трансляторы. В стенах дворцов, в памятниках, в мостах, просто в земле, – объяснил Карен. – Если замкнуть весь контур, получится как будто огромный магический знак. Накопитель Силы.
– Здесь не должно быть Иных. – Дмитрий вспомнил слова Кармадона – Совиной Головы. А ведь тот как никто другой разбирался в артефактах, даже заведовал главным их схроном в Старом Свете.
– Их и не было, – сказал Карен. – Когда мы пришли, контур был разрушен. Видимо, еще с войны. Нам пришлось кое-что поменять, расставить новые точки. Аня воссоздала схему со всеми магическими кругами.
Конечно, куда бы вы без нее делись, подумал Дреер. Он пристально посмотрел на Голубеву сумрачным зрением, проверяя, цела ли печать Карающего Огня.
От печати не осталось и следов, как у него самого.
Анна тоже посмотрела на него, поняла, куда направлен взгляд Дмитрия, и смутилась.
– Я тоже инициировалась второй раз, – сказала девочка. – Только на меня Фуаран почему-то не действует, как на других. Была джинном и осталась джинном. Но «цвета» у меня больше нет.
Это Дмитрий тоже увидел. Он еще раз внимательно изучил каждого из «мертвых поэтов». Аура всех была нейтральной. Никакой Тьмы и никакого Света. Но и Серого оттенка, как у всех Инквизиторов, не наблюдалось.
Дмитрий знал, что такой феномен был известен и раньше. У него даже название было – Своя судьба. Но, как правило, Своя судьба встречалась крайне редко и лишь у слабых, едва инициированных магов. А здесь – у всех. И они не были слабыми, Дмитрий отчетливо видел интенсивность ауры.
Забери его Тьма, они все были Высшими. Все, кроме Голубевой.
– Дмитрий Леонидович, вы что, думали, мы вам врем? – поинтересовался Комаров.
– Нет, конечно… – настал черед смущаться Дрееру.
– А то стали бы мы вас опять делать Иным. Кстати, у вас теперь тоже белая аура, без Тьмы и Света. И вы тоже теперь Высший.
– Не знаю, благодарить ли за такой подарок…
– Считайте, мы вернули долг. С процентами.
– Значит, вы восстановили контур?
– Ага. Провели реставрационные работы, – гордо сообщил Карен.
– А как вы вообще про него узнали? – Дмитрий посмотрел на Анну.
– Это Стасик. – Девочка кивнула на Алексеенко. – Когда мы в музей ходили, ну, истории религии, он там разные книги листал на стеллажах. Нашел и про Лицей упоминание.
