Биография Михаила Шолохова и Захара Прилепина раскрывает жизнь великого писателя и его окружение. Захар Прилепин показывает не только творчество Шолохова, но и его личный путь, затрагивая темы памяти и судьбы. Повествование исследует отношения между историей и личностью.
Раздел Chitat.online для книги «Шолохов. Незаконный» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Биография Михаила Шолохова и Захара Прилепина раскрывает жизнь великого писателя и его окружение. Захар Прилепин показывает не только творчество Шолохова, но и его личный путь, затрагивая темы памяти и судьбы. Повествование исследует отношения между историей и личностью.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Захар Прилепин Легкое чтение Любовные романы подборки серии
Биография Михаила Шолохова и Захара Прилепина раскрывает жизнь великого писателя и его окружение. Захар Прилепин показывает не только творчество Шолохова, но и его личный путь, затрагивая темы памяти и судьбы. Повествование исследует отношения между историей и личностью.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Шолохов едва ли предполагал масштабы происходившего, но в Миллерове неизвестный прохожий остановил его и поинтересовался:
– Шолохов? А чего говорят, что вы это… уворовали книгу свою? А?
Приехал в Москву. Пошёл к Васе Кудашёву. Потом к Левицкой. Следом к Авербаху. Ему пересказали новые слухи: о женщине, которая стремится попасть в газету «Правда», чтобы показать рукописи «Тихого Дона», оставленные её сыном – убитым белогвардейским офицером.
Дурной сон. Просто дурной сон какой-то.
Шолохов делает ровно то, что сделал бы в его положении человек, безоглядно уверенный в своей правоте. В «Правду» ходит эта женщина? И я туда пойду, может, мне её покажут.
Он пишет в газету «Правда». Ещё одно письмо направляет Горькому. Просит разобраться.
Что до женщины: её никогда не было, она никуда не приходила, никто её не видел, ни в одном источнике, документальном или мемуарном, не зафиксировано её существование.
Товарищи из РАППа дали Шолохову совет: привози рукописи.
Рукописи опубликованных глав он не слишком берёг – а зачем они? Огромные кипы бумаги, которые занимают место. Хранил только то, что ещё может пригодиться в работе. Остальное отдавал Марусёнку.
Вернулся домой: Маша, а ты не выбросила бумаги, что тебе передавал? Нашлось более чем достаточно: первый вариант «Донщины», черновики «Лазоревой степи», большие фрагменты первой и второй книг и, конечно же, три четверти третьего тома, ещё находившегося в работе. В сущности, было всё необходимое. Спасибо жене! Выяснилось, что, даже когда появлялись перепечатанные копии написанных глав, Мария Петровна на всякий случай сберегала рукописи.
В кои веки пришлось в Москву ехать не налегке, а с огромным багажом: фанерный чемодан – по объёму почти сундук, полный бумаг.
В десятых числах марта отправился в обратный путь. За всеми этими заботами и не успел толком порадоваться тому, что в начале февраля в «Московском рабочем» вышла отдельным изданием вторая книга «Тихого Дона». В «Октябре» тем временем уже публиковалась третья.
Просматривая очередной номер, увидел, что в журнальной публикации исчез фрагмент, где рассказывалось, как Пётр Краснов встречал делегацию союзников. Застолье было описано Шолоховым в сатирических тонах, тем не менее редакцию «Октября» явно смутили речи Краснова: «Лучшие представители русского народа гибнут в большевистских застенках. Взоры их обращены на вас: они ждут вашей помощи, и им, и только им вы должны помочь, не Дону. Мы можем с гордостью сказать: мы свободны! Но все наши помыслы, цель нашей борьбы – великая Россия…»
Серафимович покинул редакцию «Октября» – старик хотел ещё успеть поработать, дописать свой «Железный поток», и без него теперь в журнале дули на воду.
