Автор
Уютный Новосибирск, 2 января. Мама восхищенно наблюдает, как девочка съедает целую ложку рагу, забыв о своих угрозах. Затем мама похвалила Светочку за труды и продолжила следить за ее едой, а мысли маминого сердца разбегались по бескрайним просторам праздничного стола и тихим уютом дома....
Только сейчас я соединила две важные записи: ту, что она написала, когда стала свидетельницей его предательства, когда думала, что жена любимого сделала аборт; и письмо матери, в котором Раиса Никитична рассказывала том, что Елена обманула Александра, заявив, что сделала аборт.
С невероятной силой сжимала дневник, вчитываясь в каждую строчку, понимания, что возлюбленный Анастасии – это мой отец, и все что она писала и говорила, было о нем.
«Почему она не говорила имя. Разве в дневниках нормально не указывать имя любимого? Почему ОН, ЕГО?!»
С каждым ее словом я пыталась отключить эмоции, чтобы не обвинять, не судить, а понять, что произошло.
Когда дошла до тяжелого момента в ее жизни, читая эмоции и мысли, меня трясло, и чертова бумага ходила ходуном, буквы прыгали, сливаясь в одно пятно.
«Он ушел… К ней… К своей жене. Что ему не хватало, не знаю.
Я не жалею. Нет. Когда действительно любишь, закрываешь глаза на многое. К сожалению…
Случайно увидела его переписку с Еленой, где она обещала повещаться или утопиться. Сестра проклинала меня, ненавидела его, и умоляла вернуться.
Читала его сообщения и выла, потому что не могла плакать. Раньше считала, что только бесчувственные женщины не плачут, что им просто плевать.
Мой мужчина так безалаберно ко всему относился, что даже не потрудился удалить письма, которые получал все это время. Я потратила больше трех часов, перечитывая его переписку с друзьями, с ней и родителями. Понимала, что не нужно, но не могла оторваться. Все на него давили, особенно отец, решивший простить его и дать финансовую поддержку, только чтобы жил в семье.
Дочитывая письма, просто до крови кусала палец в кулаке, внутренне сжимая все мышцы, пытаясь понять, какого человека я люблю.
