В морской тиши, когда сон крадется на мгновенье между веками, экипаж «Титаника» скользит в омут тревоги. Каждый матрос знает свой уголок безопасности под грозой и дождем, пока не волна всплескает над кормом. Потом вздохнув, они снова напрягаются, готовясь захватить новую волну знаменитого крейсера....
Форма как доказательство, но не факт! — «Бегущая лань» погибла возле Каззуро, как нам известно. Корвет шел в составе «золотого каравана», ведь так?
— Так точно, господин лейтенант! — вытянулся кузен. — Судно находилось в составе патруля, попало в засаду. Выжил один я.
— Да вы счастливчик, мичман, — Латторе, кажется, не верил ни единому слову Клэда Фальтуса. Я подозревал, что и к словам Тиры он отнесся с большим сомнением. — Попасть под брандер, начиненный магическими бомбами, и остаться в живых… Хм, сколько таких легенд бродит по флоту, не счесть!
— Может, вина? — я щелкнул пальцами, и Аттикус с необычайной сноровкой достал стеклянные бокалы, налил в них ароматное «Идумейское» и преподнес офицерам.
— Господин Сирота, — Латторе облизал губы, — вы являетесь подданным Сиверии?
— Урожденный, как и мои помощники, — я показал рукой на Ардио и Ансело. — Волею судеб нам пришлось покинуть империю различными путями. У каждого своя история, но в Фаль-Хаюме нас свело провидение.
— А с пиратами? — прищурился Вильграссо. — С пиратами вели торговлю?
— Конечно, — не дрогнул я. — Даже с пиратами. Я же торговец, а не военный. Мне без разницы, как копится мой капитал."
"— Тогда потрудитесь объяснить, капитан, как у вас оказался корабль известного пирата Лихого Плясуна?
Мощный удар! Я уважительно посмотрел на Латторе.
— Здесь никакой мистики, офицер, — я был спокоен как сытый удав. — Месяц назад мы одними из первых после зимних штормов пришли на Керми.
Я печально вздохнул и продолжил:
— Только с помощью подкупа и выпивки удалось выяснить, что пираты готовятся к крупному рейду, и чтобы слухи не распространялись, не выпускали никого с островов.
