А допустить этого никак нельзя, ведь эти импровизированные маяки служат ориентирами для взлета. И расставлены не абы как, а в нужном порядке. Одна ограничивает полосу приземления, другая указывает на место посадки. Остальные, как уже говорилось, помогают пилотам при взлете.
— Может, у техников одолжишь? — Работающие у бомбардировщиков люди казались раздувшимися до безобразия шарами. А все потому, что пронизывающий ветер и мороз заставляли натягивать на себя все, что можно. В ход шло теплое и простое белье, шерстяные свитера, ватные стеганые куртки и брюки, меховые комбинезоны. На голову — шапки и летчицкие кротовые маски, а ноги — теплые носки и унты.
Горбунов недовольно скривился.
— Ну их, этих чумазых. Потом вся кабина провоняет, замучаешься проветривать.
— Тогда лети, как есть, — обрубил экспат. — И так уже времени много потеряли с твоими лямурами. — Капитан повернулся и зашагал к своему «бостону», не слушая больше недовольный бубнеж стрелка-радиста.
— Лейтенант, — подозвал он к себе штурмана. — Позывные и волну для связи со штурмовиками в штабе получил?
— Ага, — кивнул Володя. — Майор Рутолов все выдал.
— Ты вот что, — решил предупредить лейтенанта экспат. — В небе не зевай, верти головой на триста шестьдесят градусов. Мне ребята из штурмового полка звонили, сказали, что «мессера»-«охотники» нет-нет, а попадаются. И «фоки» с подвесными баками иногда долетают. Недавно таким макаром трех «горбатых» с одного захода зажгли и тут же в облаках растворились, будто их и не было.
— Понял, — скупо отозвался штурман. Улыбка с его лица исчезла. Лейтенант поднял голову и с опаской вгляделся в начинающее светлеть небо, точно пытался уже сейчас рассмотреть ненавистные самолеты с паучьими свастиками на крыльях.
— Ну-ну, не вибрируй раньше времени, — усмехнулся Григорий. — Глядишь, все обойдется.
— Савелий, что там? — нетерпеливо поинтересовался Дивин по внутренней связи. — Не отозвались еще штурмовики? Ну сколько можно ждать этих пешеходов.
— Есть, товарищ командир! — радостно вскрикнул Горбунов. — Командир «горбатых» объявился. Они уже на подходе. Будут над нами с минуты на минуту.
— Вот и славно, — обрадовался сообщению экспат. — Взлетаем, ребятки!
Первым начал вращаться винт левого мотора. Голубой дымок вылетел из его патрубков, унесся куда-то назад, а лопасти вдруг исчезли и превратились в гудящий сверкающий диск. Григорий поправил лямку парашюта на груди и не торопясь разложил карту.
