В сумраке вечерней прохлады держались за берег. Ночная мгла окутывала прибрежную зону коралловых рифов метрах в двести от меня. Я шагнул на дно, по которому скользил каскадом водопада, удивленно осматриваясь в тенях. Неровное дно оставляло зыбь и шум под ногами.
Деревянная табуретка, предложенная мне, сперва стояла так, что луч должен был освещать сидевшего, но я отодвинул ее в тень. Когда смотришь из полумрака в полумрак через луч света, создается эффект кинотеатра, что придает беседе кинематографичность и некую нереальность и несерьезность.
— Зачем к нам пожаловал известный лугаль, покоритель эламитов? — обменявшись приветствиями, поинтересовался Салитис.
Отсутствие интернета, телевизора, радио и телеграфа абсолютно не мешает мгновенному распространению новостей в нынешнем мире.
— Я бы хотел установить дружеские торговые отношения с твоей страной, — начал я и изложил претензии моих купцов и вариант их разрешения с прекрасными преференциями для дильмунских купцов.
Привлечение дильмунских купцов в Лагаш было для меня даже приоритетнее.
Видимо, я был не первым, кто предъявляет такие претензии, потому что Салитис, выплюнув на пол финиковую косточку, изрек:
— Мы не меняем наши правила ни для кого. Не нравится — отправляйтесь торговать в другое место.
— За некоторое изменение правил вы получите сильного военного союзника, — предложил я.
— Нам не нужны союзники, — выплюнув очередную финиковую косточку, высокомерно отказался правитель Дильмуна.
Поблизости действительно нет никого, кто мог бы перебросить на остров Дильмун большую армию. Разве что мелуххцы имеют достаточный для этого флот, но они, во-первых, находятся далековато, а во-вторых, разделены, как и Шумер, на множество городов-государств. Это мы воспринимаем их, как одно целое, а они, может быть, ненавидят некоторых своих больше, чем нас, чужаков.
— Оставайся у меня, попируем вместе вечером, — предложил правитель Дильмуна.
— Мне надо сейчас кое-какие вопросы решить. Если успею до вечера, приду, — сказал я.
