В сумраке вечерней прохлады держались за берег. Ночная мгла окутывала прибрежную зону коралловых рифов метрах в двести от меня. Я шагнул на дно, по которому скользил каскадом водопада, удивленно осматриваясь в тенях. Неровное дно оставляло зыбь и шум под ногами.
Вполне возможно, что «черноголовые» — один из таких отрядов, ушедших на юго-запад. Я предположил, что место их исхода находилось где-то в районе между Аральским и Каспийским морями, на берегу Амударьи или Сырдарьи, откуда их сорвало пассионарным толчком и понесло через горы, пока не добрались до мест с привычным ландшафтом и климатом и стали военно-административной элитой мирных халафов, находящихся в фазе обскурации или инерционной. Эти места всегда заселены густо, в них легко раствориться, в отличие от Западной Европы, о которой в нынешних «цивилизованных» странах — Шумере, Египте, Мелуххе — пока ничего не знают.
Судя по поведению купцов, истинных «черноголовых», они до сих пор избранная нация, относятся к остальным с презрением, как будут относиться рыцари-норманны к французским и английским крестьянам и ремесленникам.
"После ужина, когда нас резко накрыла темнота и на небе включили звезды разной яркости, экипаж завалился спать. Бодрствовали только трое охранников, по одному от каждого судна. Двое, оба шумеры, сели у крайнего справа судна, а я прислонился спиной к нагретому за день валуну-ракушечнику у крайнего слева.
За раздумьями о сложной жизни звезд и полюсов мира я не сразу услышал тихие всплески. Ожидал нападение со стороны леса, поэтому прореагировал с задержкой. Плыли два человека на плоту из надутых кожаных мешков к корме моего судна. На нем никого не было.
