В сумраке вечерней прохлады держались за берег. Ночная мгла окутывала прибрежную зону коралловых рифов метрах в двести от меня. Я шагнул на дно, по которому скользил каскадом водопада, удивленно осматриваясь в тенях. Неровное дно оставляло зыбь и шум под ногами.
На втором этаже в крыле над тоннелем и в правом расположены спальни слуг и рабов, а над гостиной и в левом — хозяйские и гостевые. Впрочем, частенько и хозяева, и гости, и слуги спят на плоской крыше. Окон нет. Комнаты освещаются лампами, заправленными битумом, который здесь дешев, или кунжутовым маслом, которое намного дороже, для богатых. Только в одной комнате на втором этаже, где хозяйка занимается рукоделием, есть дыра в потолке, закрываемая на крыше деревянным кругом. Внешние стены побелены, а внутри гостиной и хозяйских и гостевых спален разрисовка из разноцветных полос и барельефов в виде выпуклых шляпок больших гвоздей.
Иннашагга, которую я называю привычным мне именем Инна, больше похожа на свою мать, в которой преобладают халафские, если не субарейские, крови: уж слишком светлокожая. Волосы у моей жены каштановые, лицо узкое, глаза темно-карие, нос тонкий и с маленькой горбинкой, пока что худенькая и плоскогрудая, но, судя по матери, довольно объемной женщине во всех местах, скоро наверстает недостающее.
19"
"Воды Евфрата медлительны и мутны. У меня подозрение, что муть не оседает по причине крайней лени. Вдоль берегов пока много тростника, а дальше — шеренги ив и других каких-то деревьев. Причем, чем выше по течению реки, тем меньше тростника и больше деревьев. Затем идут, разделенные каналами, поля, сады и рощи финиковых пальм. В двадцать первом веке, при его технических возможностях, здесь будет, за редким исключением, выжженная, пустая земля. Я пытался прикинуть, сколько человеко-дней надо затратить при шумерском уровне технического развития, чтобы нарыть столько каналов и водохранилищ? Цифра получалась фантастическая.
