Девушка Яна, сбежавшая из приюта и выжившая на улице воровством, решается на отчаянный поступок — кражу сумки из джипа. Этот момент становится поворотным в её судьбе, втягивая её в опасную историю, где каждое решение может стоить жизни.
– Это из-за меня ты на больничной койке. И спасибо говори своей маленькой отличнице. Это она за тобой смотрела.
– Ей уже сказал. А ты брось скромничать, – хмыкает он.
– Ладно, оставим тему. Лучше поправляйся, дружище. Без тебя пизд… кхм, – тут же прикусываю язык. Материться в обществе маленькой отличницы не самое лучшее решение. – Без тебя всё пошло через одно место.
– Я уже знаю про вчерашнее, – тут же серьёзно говорит Данте.
Ангелина целует его в уголок рта и произносит:
– Я побуду на балконе.
– Хорошо, Ангел, – отпускает он её и смотрит вслед, пока девушка не скрывается за дверью. Потом переводит всё внимание на меня и спрашивает: – Крош выкарабкается?
– Да. Его и других ребят тоже сегодня навещу, – киваю ему. – С ними всё будет хорошо.
– У тебя рожа слишком довольная для вчерашнего провала. Ты уже знаешь, где он. Так ведь? – усмехается Данте.
Этот святоша точно грёбаный провидец всегда знает о моих мыслях. Или он просто хорошо знает человеческую природу. Данте всегда мог легко считать любого человека, пообщавшись с ним всего пару минут. Никакого психологического теста не нужно. Он сразу может охарактеризовать любого – и большинству его выводы никогда не нравились. А кому будет приятно услышать, что ты либо конченый мудак, либо трусливое дерьмо, либо ебанутый псих?
– Да. Я знаю, где Хан, – говорю с предвкушающей улыбкой.
– Зараза, Швед. Мне так стрёмно, что не могу вот прямо сейчас вскочить и пойти с тобой отрывать мудаку яйца, – сокрушается Данте.
– На твоём веку было так мало мудаков? – усмехаюсь в ответ. – Лучше отдыхай и восстанавливайся. И перенаправь свою энергию в другое направление.
Киваю на Ангелину, которая стоит на балконе.
Данте тут же меняется в лице. Нежность, страсть, бесконечная любовь отражаются в его глазах.
Да, это любовь.
– Ты знаешь, я даже рад, что меня подстрелили, – с придурковатой улыбкой говорит Данте.
Я смеюсь и качаю головой.
– Что, твой Ангел сразу сменила гнев на милость?
– Ты даже не представляешь, – его улыбка становится шире. – Думаю, что как только поднимусь с этой чёртовой койки, сразу сделаю ей предложение.
– Не будь идиотом, – даю ему совет. – Сначала отвези её в какое-нибудь красивое место. Мальдивы. Бора-Бора. Париж. Покажи ей мир, Данте. Покажи ей другую сторону твоей жизни. Пусть она увидит не только это дерьмо.
Данте задумывается и кивает.
– Ты прав. Когда поймаем эту тварь, я, пожалуй, возьму отпуск. Ты не будешь против?
– Я сам хотел отправить тебя на отдых. На месяцев шесть.
