Заметь их кто, есть готовое объяснение: сомлел, дескать, господин хороший от изрядной выпивки, а то и от воздуха деревенского, вот и взялся его проводить по холодку, чтобы оклемался скорее сердешный.
— Но какой резон «ратникам» уводить его именно сейчас? То же самое, но с большим успехом они могли проделать в тайге, — удивился Алексей.
— Резон есть, Алеша, — вздохнул Иван, — думаю, Голдовский — это тот блондин в очочках, что наведывался к бабкам-староверкам. И ратникам, наверное, известно гораздо больше, чем нам или уряднику. Неспроста, видно, избы полыхнули, ох, неспроста! И урядник потому ничего не нашел, что искать на пепелище было нечего. Книги забрали, а самих бабок прибили, скорее всего, еще до пожара.
— Ты считаешь, что Голдовский работал на Чурбанова?
Поставлял ему таким образом старинные книги? — уточнил Алексей. — Но почему ж он так удивился, когда Чурбанов принес ему показать «Житие»?
— Значит, «Житие» не им было украдено. А насчет других книг даже не сомневаюсь! Вряд ли получится узнать, какие книги у бабок взяли. Вполне возможно, что те самые, которые забрали у Чурбанова.
— Но почему Голдовский оказался в экспедиции Корнуэлла? Они же за дикими людьми охотятся? При чем тут древние книги? — пожал плечами Алексей.
— Видимо, решил два горошка на одну ложку заполучить: и переводчиком подзаработать, и подальше в тайгу проникнуть.
Помнишь, дед Семен рассказывал, что он все скитами интересовался да как к пустынножителям проникнуть? — Иван выглянул из-за забора и заторопил приятеля:
— Давай, давай галопом за атаманом! Они, почитай, уже до лагеря дошли…
При виде Шаньшина, спускавшегося по откосу к лагерю, возбужденно галдевшие индусы притихли. Сэр Корнуэлл поднялся с походного стула, который стоял у входа в палатку, и, нервно ударяя себя хлыстом по руке, затянутой в кожаную перчатку, почти бегом направился навстречу прибывшим.
— It's terrible! It's terrible! — причитал он, как заведенный. — » — Mister Goldovsky… He was captured with somebody unknown! It's awfull, but my guards didn't notice anybody near the camp…
— Что он бормочет? — повернулся Шаньшин к гостям. — Без толмача теперь черта с два разберешься в этой тарабарщине.
— Ужасается, что его сторожа прошляпили исчезновение Голдовского, — пояснил Алексей. — Говорит, что того захватили в плен какие-то неизвестные.