Автор
В теплой комнате под мягкой лунной светом, Эмили медленно пишет, её палец скользит по простым серым штанам, будто тревожась о чем-то важном. Дрожь пробирается к её горлу, и она стирает опасное слово, в то время как снаружи улица замирает под легким ветерком.
«Здравствуй, Стив. До меня дошли печальные вести. Эйден был прекрасным парнем… И таким молодым. Как быстро всё может измениться. Неверное решение одних способно загубить жизни других. Приношу свои соболезнования и надеюсь, что остальных членов твоей семьи это несчастье обойдёт стороной. Рауль».
Меня охватила лютая ненависть к человеку, которого я не знала, но который отобрал у меня самое важное. Лишил любви, загнал в ловушку собственного разума. Возомнил себя и Богом, и судьёй.
И эта тварь, отсидев всего шесть лет, продолжала припеваючи жить на свободе.
Нет, это было бы слишком милосердно. А я хотела мук…. Жаждала страданий. Его страданий…
Не справившись с эмоциями, я яростно отбросила письмо на стол. Фотографии разметало в стороны, и мой взгляд самовольно ухватился за кадр, который я не заметила раньше.
Время застыло.
– Это Рауль, – сквозь помехи слышался голос Стива. – Тебе лучше знать его в лицо…
Знать в лицо…
Дыхание сбилось. Вздохи отрывистыми звуками растворились в тишине. Ощущение, будто мне со всей силы пнули в грудь и сплющили лёгкие.
Нет. Недостаточно точно.
Это не безобидный удар в грудь.
И было невозможно оторваться от пронзительных, но в то же время бездушных глаз человека… Человека, которого запоминать было поздно.
Поздно… потому что я уже его знала.
Глава 17.
Эмили.
Выбравшись из такси, я бросилась в сторону невысокого здания из серого кирпича. Резкий порыв осеннего ветра тут же обжёг кожу, пробрался до самых костей и перебил дыхание. Но сейчас меня не могли остановить ни климатические условия, ни апокалипсис, ни даже ядерный взрыв.
Потянув на себя тяжёлую дверь, я влетела внутрь и ускорила шаг, желая как можно скорее преодолеть сумрачный узкий коридор, добраться до конечной точки и посмотреть в его лживые глаза.
Посмотреть и, возможно, ошибиться. Я хотела ошибиться.
В тренировочном зале Максвелл был один. Сверкая своим обнажённым торсом, покрытым татуировками и каплями пота, он двигался в центре ринга, отрабатывая быструю комбинацию ударов.
