Живой ветер весны шевелил листьями, создавая ощущение невесомого пуха. Мэл предпочитал приоткрывать окно на ночь, чтобы целый мир жизни и цветения вторгался в его комнату — зеленая стихия зашумела сочной листвой и свежим миндалем. Судебный процесс над Ромашевичевским и Эльзой Штице происходил под напряжённым любопытством прессы, как будто каждое слово их разговоров уже стало историей....
- Мешок?! - хмыкнул небрежно Егор. - Всего-то?
- Всего-то, - проворчал Дмитрий Ионович и объяснил нам, бледнолицым неженкам, что сбор орехов - не тяп-ляп. Задача состоит в том, чтобы набрать как можно больше шишек. Умельцы-ловкачи взбираются на деревья. Некоторые используют самодельные когти, но велик риск сорваться, да и кедры страдают от глубоких отметин. Чаще всего сборщики трясут деревья ударом колота по стволу. Упавшие шишки молотят и просеивают, отделяя орех от чешуи. Не стоит забывать, что и медведи захаживают в кедрач - набираются жиру на зиму.
Егор подумал-подумал об особенностях бартера на побережье, почесал макушку и согласился. Коли цель жжет и вздохнуть не дает, то и на край света пойдешь, лишь бы утолить жажду.
- Гош, это мой синдром на тебя повлиял, - констатировала я со вздохом.
- Никто на меня не влиял. Я сам захотел, - ответил он, раздраженный тем, что его подгоняет какой-то вшивый синдром."
"Тамара так и не принесла масло или кусочек сала, хотя я видела, что здоровье женщины по-прежнему без улучшений.
Очистив корень аконита, хорошенько просолила с недельку. Листья подорожника трижды подвергла перепаду температур: охлаждала в речной воде и ставила в теплую печку. Прочие травки, собранные во время прогулок, мелко покрошила и отжала сок через носовой платок, на котором осталось неотстирываемое едко-зеленое пятно. Чувствую, такими темпами вскорости придется заказывать носовые платочки из списка для ежемесячного пайка.
А Тамара отказалась от горшочка с мазью. Уж как я уговаривала и убеждала, но женщина заупрямилась, сказав, что и так многим обязана, а в долгу оставаться не хочет.
- Подумайте о девочках. Маму им никто не заменит, - запугивала я. - Хворь не отступит, а перейдет в хронику.
Тамара расцвела. Отсроченный долг её успокоил. По мне так, лучше бы вообще не заикаться об обязательствах, но коли человека гложет совесть, то не стоит препятствовать. Взяв горшочек, женщина рассыпалась в благодарностях.
- За что благодарить-то? Ведь ещё не помогло, - рассмеялась я.
