Автор
Евлампия Романова узнает потрясающую новость о своем здоровье и решает докопаться до истины. Расследуя странные обстоятельства, героиня попадает в водоворот комических ситуаций, где каждый поворот сюжета преподносит новые сюрпризы и откровения о себе и окружающих.
– Куда? В какую больницу? – настаивал Лыков.
– Так в соседнюю дверь.
– Аптека находится при каком-то лечебном учреждении?
– Нет, просто на первом этаже дома.
– С ума сойти! Кто бы мог подумать! Просто обалдеть!
– Мое состояние настолько плохо?
– У вас большая проблема с головой! – рявкнул Лыков.
– Знаю, – грустно ответила я, – из этой томограммы ясно, что я олигофрен с отсутствующим центром речи.
Петр на секунду замер, потом уронил голову на стол, прямо на снимки, и разразился серией коротких звуков. Я попятилась, врач то ли лаял, то ли квакал. Может, лучше уйти? Или доктору самому требуется медицинская помощь?
– Вам плохо? – осторожно осведомилась я.
Петр поднял голову.
– Давно так не смеялся, последний раз это было лет пять назад, когда явился больной, которому экстрасенс пообещал косые мышцы живота прямыми сделать.[10]
Лично мне данное заявление совсем не показалось веселым, по-моему, если в организме что-то перекосилось, это следует выпрямить.
– Уважаемая Евлампия, – торжественно заявил врач, – такое обследование не делают в аптеке. Томограф вещь дорогая, стоит не одну тысячу долларов, не всякая больница в столице обладает подобным оборудованием. То, что вам сделали в аптеке, не имеет никакого отношения к томограмме. Это какая-то компьютерная программа. Их расплодилось много. Из огромного разнообразия всяких средств лично мне более или менее нормальной кажется диагностика по Вернеру.
– Как?"
"– По Вернеру, – пояснил Лыков, – это фамилия такая, но не о ней сейчас речь. Ирина Петровна – дура.
– Но она представилась профессором, – возмутилась я.
– Точно, – кивнул Петр, – милейшая дама защитила все возможные диссертации, только ума ей это не прибавило. Если человек идиот, то он им останется, даже став трижды доктором наук. Я знаком с Ириной двадцать лет, сейчас она в придачу к своим слабым умственным способностям стала плохо видеть, путает очки и несет полнейшую чушь. Насколько я помню, она никогда не была замужем, живет одна и вынуждена подрабатывать к пенсии, поэтому и сидит при аптеке, пугает наивных людей своими «диагнозами».
– Так я не олигофрен?
Петр снова захохотал:
– Не похоже. Никакая томограмма не дает представления об умственных способностях человека.
– А позвонок? Атлант, который перекроет доступ крови в мозг? Я не умру?
– Чушь собачья, ладно, пошли, – велел Петр.
– Куда? – испугалась я.
– Сделаем анализы, потом УЗИ.
