Советский майор Александр Клюковкин оказывается в центре острого конфликта на Ближнем Востоке. Когда США готовятся развязать войну в Сирии, СССР вынужден вмешаться. Герою предстоит участвовать в жестокой битве за небо, где каждое решение может изменить ход истории и стоить жизней.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Сирийский рубеж»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Советский майор Александр Клюковкин оказывается в центре острого конфликта на Ближнем Востоке. Когда США готовятся развязать войну в Сирии, СССР вынужден вмешаться. Герою предстоит участвовать в жестокой битве за небо, где каждое решение может изменить ход истории и стоить жизней.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Советский майор Александр Клюковкин оказывается в центре острого конфликта на Ближнем Востоке. Когда США готовятся развязать войну в Сирии, СССР вынужден вмешаться. Герою предстоит участвовать в жестокой битве за небо, где каждое решение может изменить ход истории и стоить жизней.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Сирийский рубеж» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Сразу для себя отметил, что следует заменить их на кроссовки. Нужно будет заехать на местный рынок.
В воздухе висел характерный запах керосина, смешанный с пылью и гарью работающих двигателей.
Передо мной раскинулась стоянка, на которой стояли несколько вертолётов отечественного производства — Ми-8, Ми-24. Некоторые с выцветшими сирийскими опознавательными знаками.
Есть и совсем новые, которые только перекрасили в пустынный камуфляж, а красно-бело-чёрный круг — эмблему сирийских ВВС — не успели нанести. Рядом и вертолёты зарубежного производства — СА-342 или просто «Газели». На фоне советской техники эти вертолёты обладали более легковесным силуэтом.
Бросается в глаза фенестрон в хвостовой балке вместо обычного рулевого винта.
— Саныч, только не говори, что мы будем и на этих «доходягах» летать, — подошёл ко мне Зотов Валера.
— Нет. Мы только на отечественных.
— Они говорят, что наши вертолёты надёжные, но на них приходится много проводить работ.
В этот момент над головой пролетела пара вертолётов, заходящих на посадку. Лопасти дробили воздух, создавая характерный рваный ритм. Следом на полосе уже готовились к взлёту два сирийских истребителя МиГ-23. Включив форсажи, проревели двигатели. Несколько секунд спустя, поднимая в воздух облака пыли, они начали разгон.
На вылет готовилась ещё одна группа. Сирийские пилоты в серо-синих комбинезонах, переговаривались между собой. Бросали на нас короткие, недоумённые взгляды. То ли не особо рады видеть, то ли их смущает сирийская форма на мне."
"Осматриваясь дальше, я заметил, что у сирийцев с ответственностью было неважно. На некоторых вертолётах виднелись следы подтёков масла, брошенные абы где инструменты и незакреплённые лопасти. Поскольку ветер сейчас не слабый, швартовать лопасти было необходимо.
Не удивительно, что им приходится много их обслуживать.
Командир 976-й эскадрильи майор Рафик Малик предложил нам пройти в столовую и пообедать с ними. Я уже не мог стоять на раскалённом бетоне и попросил Малика как-нибудь попасть на рынок.
Мне и Кеше, которому тоже нужны были кроссовки, дали в пользование УАЗ.
— Джип-газ бери. Он надёжный, — выделил нам автомобиль командир эскадрильи.
Интересное название придумали местные военные для нашего советского УАЗика. Звучит прям на западный манер.
Через пять минут нас привезли на один из рынков Дамаска.
Этот «муравейник» жил своей жизнью — гул голосов, пёстрые прилавки, запахи специй, жареного мяса и свежих фруктов. Торговцы навязчиво предлагали свои товары, махали руками, улыбались, кто-то пытался всучить мне ковёр, кто-то — кинжал с якобы древней историей. Но всё это не имело значения.
— Так, Иннокентий, быстро покупаем и уходим, — сказал я, когда мы остановились у прилавка с обувью.
