Май 1984 года. Торск, Калининская область. Прекрасное утро! Просыпаюсь от шороха в простынях и аромата свежих фруктов. Встреча с милой девушкой из мира постепенно открывает новые горизонты моей жизни на Сирийском рубеже.
Похоже, «Сирийский рубеж» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Всё же, колонна решила подойти ближе, чтобы достать нас и крупнокалиберными пулемётами, и управляемыми ракетами.
— Попал! — доложил Петров, но я и сам видел, как ещё один танк погрузился в облако дыма, а потом и загорелся.
Надо ли говорить, что так продолжалось несколько минут. Выход на боевой, пуск, отворот в безопасную сторону и работа по земле из пушки по наступающим мобильным подразделениям.
Но с каждым заходом на цель становилось всё сложнее. Эффект внезапности начал ослабевать.
— Влево ухожу, — в очередной раз доложил я, выполнив очередную атаку.
— «Сварка» работает справа! — подсказал Кеша, и я резко ушёл от очереди из зенитной установки.
При это чуть не зацепили сопку, подняв в воздух огромный столб пыли и песка.
— Парный пуск сработал! — доложил Занин, опробовав удар ракетами по двум рядом расположенным объектам.
Но не всё гладко прошло.
— Пожар правого двигателя, — прозвучал в эфире женский голос речевого информатора.
— 1-й, у меня. Потушил, правый выключил. Попали, — доложил Василий.
— Понял. Давай домой, — дал я команду, а сам замедлился, чтобы пропустить вперёд товарища.
Пристроился к нему справа и осмотрел двигатель. Гондола разбита, тянется сизый след и видна течь жидкостей.
— 101-й, 312-му, соседи активизировались. Дома предлагают заканчивать, — услышал я слова Олега.
— Понял. Работу закончил, — ответил я и занял курс в направлении базы.
Я держался ближе к левому борту Занина, чтобы в случае необходимости прикрыть. Всё же у него только один двигатель остался.
Долетев до аэродрома, Василий сел на полосу и начал заруливать на отдельную стоянку. Тут же его окружили техники, чтобы выяснить характер повреждений. Но пока этот борт всё равно не в строю.
Зарулив на стоянку, я сразу открыл дверь, чтобы вылезти.
— Саныч, как аппарат? — спросил у меня старший испытательной бригады.
— Норм, — показал я большой палец, похлопывая нагревшуюся обшивку вертолёта. — Что у Занина?
— Двигатель, шланги гидросистемы под замену. На этот случай есть у нас запас. Будем устранять, но за сегодня…
— Думаю, на сегодня хватит, — выдохнул я, снимая шлем с головы и утирая рукавом лицо от пота.
Комбинезон ещё не высох полностью после первого вылета. Сейчас он промок ещё больше. Я поднял голову и посмотрел на испепеляющее солнце. Как же оно ещё высоко!
Пока я снимал разгрузку, подошёл Кеша. По тёмным пятнам на его комбинезоне было видно, что он вспотел не меньше меня.
— Техники передали, — устало протянул он журнал подготовки вертолёта.
— Ага.
