В пустыне огня, где звезды мерцают холодными узорами, Саймон чувствует себя как маленький ребенок среди взрослых. Он наблюдает за Рубеном Медведем и Шемом Конюхом, которые обсуждают планы. Но в одно мгновение сон превращается: Саймон ощущает необычную реальность вокруг него....
– Я узнала то, что мне следовало узнать, – ответила Амерасу. – Я видела тебя в зеркале Джирики, но думала, что это ничего не значащая случайность. Дорога Снов в последнее время сильно изменилась, стала невнятной и непредсказуемой даже для опытных путешественников, совсем не такой, какой была когда-то для тех, кто ступал на нее во сне. Теперь я понимаю, что наша предыдущая встреча не случайность.
– Ты хочешь сказать, что твоя встреча с Саймоном была кем-то предопределена, Первая Бабушка? – спросил Джирики.
– Нет. Я лишь хотела сказать, что границы между теми мирами и нашими начинают слабеть.
Саймон с трудом заговорил.
– И что вам удалось узнать… из моих воспоминаний? Про… про Инелуки?
Ее лицо стало равнодушным.
– Слишком много. Я думаю, что теперь понимаю ужасный и хитроумный план моего сына, но мне нужно немного подумать. Даже сейчас я не могу допустить глупой поспешности. – Она поднесла руку ко лбу. – Если я права, то грозящая нам опасность гораздо серьезнее, чем я думала прежде.
"Джирики помог Саймону сесть.
– Мои отец и мать должны тебя выслушать. Всем известна твоя мудрость, Первая Бабушка.
Амерасу печально улыбнулась.
– Когда-то женщины Дома Са’онсерей были хранительницами знаний. И последнее слово принадлежало старейшей Дома. Если Дженджияна Соловей видела правильные вещи, она говорила – и ей подчинялись.
