Автор
В усеянном шепотом зале словно закрылась жизнь героини. Всё вокруг переплетается в мутный белый шум, затмевая смысл слов на сцене. Жизнь, которую она деликатно охраняла для мужа, разбита как карточный домик. Теперь она видит дымку позора над своим миром, а риторика зала уплывает в гущу воздуха....
Трусливо прячусь от собственного мужа, потому что боюсь, что он все прочитает по моим глазам.
Вздрагиваю каждый раз, когда у него звонит телефон, и готовлюсь, что вот — вот мою семью разрушат.
А ближе к полуночи, когда Таир уже давно спит, а я у меня не получается даже задремать, мне на телефон приходит еще одно смс:
“Скоро тебя выбросят на улицу, как использованную тряпку”.
Мне кажется, я даже слышу, как Залина произносит эти слова голосом, полным ненависти.
Утром я снова пропускаю завтрак. Банально не слышу, когда встает муж, так как заснула я глубоко за полночь.
Мне безумно стыдно, что я не проводила Таира, но в каком — то смысле для меня это спасение. Не знаю, как бы смотрела ему в глаза и прятала бы при этом переживания.
На телефоне у меня уже три пропущенных звонка от мамы. Мне страшно ей перезванивать — вдруг она подтвердит то, что я и так знаю. Так что когда она приезжает, это становится для меня полной неожиданностью. Конечно, я прошу охрану пропустить ее.
— Аиша, ты почему не отвечаешь не звонки?
— Спала…
— А почему не перезвонила? — спрашивает мама, а затем тяжело вздыхает. — Боялась, да?
Молча подхожу к ней и обнимаю. Мама обнимает в ответ.
— Давай, поедем вместе к врачу. Она написала, что результаты получила и готова нас принять.
Я так волнуюсь, что даже кофе толком не пью. По дороге мама ободряюще улыбается, разговаривает про отпуск, в который отчим собрался ее отвезти, когда заключит какой — то крупный контракт.
Но возле двери в кабинет врача я вдруг торможу. Мама вопросительно смотрит на меня.
— Я боюсь, — шепчу, признаваясь. — Вдруг там…
— Никаких вдруг, Аиша, — очень уверенно заявляет она. — Я убеждена, что все у тебя отлично. Я — то знаю весь разговор, а ты слышала только часть.
Она решительно открывает дверь, и мы проходим в кабинет. Арина Игоревна здоровается, предлагает нам присесть"
"— Итак, Аиша, — протягивает она, бодро щелкая компьютерной мышкой.
— 34 Аиша —
Потерянно смотрю на маму. Она становится бледней, тоже растроенная.
— Арина Игоревна, как же так? Вы же говорили в прошлый раз, что есть определенные сложности, но это не критично, и что есть шансы…
— Говорила, — перебивает маму врач. — Но это было до того, как я получила новые анализы. К тому же тогда мы не делали настольно обширного обследования.
