А мисс Уитмор – местная землевладелица, которая очень скоро выйдет замуж за моего брата, лорда Гранвилла.
Рейф все еще держал в правой руке кружку пива, а палец левой то и дело направлял в грудь рыжеволосого мужчины, при этом приговаривая:
– Ты не тронешь их. – Рейф прижал рыжеволосого к стене. – Ты не станешь говорить с ними. И ты не будешь смотреть на них. Ты даже дышать не станешь, если они появятся где-нибудь вблизи. А взамен я сегодня позволю тебе уйти из паба с тем же количеством зубов, с которым ты сюда пришел. Жених мисс Уитмор – дипломат, но его здесь нет. Но зато я – здесь. И у меня нет никаких склонностей к дипломатии.
В юности Рейф постоянно жил с чувством гнева. Даже ничтожные оскорбления толкали его на насилие. Десять лет назад он сначала бил, потом думал, пачкал кровью стены и не терпел ни извинений, ни объяснений. Но теперь он стал старше. И умнее. По крайней мере, он на это надеялся. Хотя сейчас… Ох, сейчас он был ближе к потере над собой контроля, чем за все последние годы.
Карточный шулер нагло рассмеялся и заявил:
– О, я знаю, кто ты такой, Брандон. В свое время ты был весьма неплох. Но эти времена остались в прошлом, не так ли?
– Очень скоро я верну себе свой титул.
– С трудом верится. Впрочем, можно проверить. – Мужчина покрутил головой, разминая шею, и сжал кулаки. – Я тоже, знаешь ли, кое-что умею.
Рейф закатил глаза и тяжко вздохнул. О, проклятье! Этот рыжий мерзавец мог в обычной ситуации быть весьма покладистым. Но он слишком много выпил и потому…
– Я, как правило, не дерусь с любителями вроде тебя, – проворчал Рейф.
– А… значит, слухи верны? Ты спекся! Ха-ха! Рейф Брандон спекся!
– Я сказал, что не дерусь с любителями. Как правило. Но из всякого правила есть исключения.
За его спиной кто-то восторженно закричал:
– Парни, будет драка!
– Не нужно никакой драки, – проговорила Клио, появившаяся откуда-то сбоку.
И Рейф ее услышал. Он не сводил глаз с шулера, но ее услышал. И хотя он не мог ее успокоить, у нее не было причин для тревоги. Он отлично знал, что в этой ситуации поставлено на карту – для нее и для него.
– Это наша вина, – заявила Клио. – Мы вмешались в карточную игру… и приносим за это свои извинения. Правда, Феба?
– Не вижу никаких причин извиняться, – буркнула Феба. – Этот человек мошенничал. Я видела.
– Никто из вас не должен извиняться перед этим… человеком! – прорычал Рейф. Схватив рыжего за ворот рубашки, он приподнял его в воздух, так что тот едва касался носками ботинок пола. – Я дам этому негодяю то, что он хочет.
Рыжий побледнел. А посетители таверны явно оживились: мужчины сдвигали столы и стулья к стенам, чтобы освободить место для поединка. Кто-то уже начал принимать ставки.