Призванная невеста вашего Ворона, – на всякий случай напомнила я. Мало ли вдруг старичка от неприятных известий обуяли скоропостижный склероз вкупе с маразмом.
– Значит, только ты и можешь Луизку перебороть, – сказал вдруг волхв, ткнув в мою сторону узловатым пальцем.
– Еще чего! – возмутилась я. – Не буду я с ней драться!
– Драться? – ошарашенно выпучил глаза старик. И вдруг расхохотался. – Ты что это надумала? Может, у вас там и заведено, чтобы невесты друг друга за косы таскали из-за женихов…
– Ничего подобного! – перебила я.
– Тогда отчего ж тебе такая дурь в голову лезет? Нет. Такой силой тут не поможешь.
– Другая сила нужна, – сверкнул глазами волхв. – Только она сможет злые чары развеять и хозяину нашему разум вернуть.
– Ну и поищите эту силу для вашего хозяина. А у меня хозяев нет.
– Ишь, ершистая какая… Никто тебе хозяев не навязывает. А ты сама присмотрись к Ворону. Тянет его к тебе, то всякий видит. От того и ярится Луизка. От того и извести тебя задумала. Коли ты истинная его нареченная, то…
– А коли нет? – перебила я исключительно из духа противоречия. Фантазии уже подкидывали одну за другой соблазнительные картинки, как я пинками выставляю из замка противную ведьму.
– Ну на нет и суда нет, – поднялся старик. – Ты, главное, реши, чего сама хочешь. Насильно ничего доброго не получится.
– Угу. То-то вы так моим мнением интересовались, когда в гости пригласили, – проворчала я, чтобы оставить последнее слово за собой.
Волхв только головой покачал и вышел. А через пару минут меня уже в четыре руки тормошили Леля с Василисой, наперебой спрашивая, зачем он приходил. Не видя смысла скрывать, я рассказала все, как было.
Степная княжна тут же стала предлагать идеи, как самим наказать отравительницу, но я только отмахнулась. Буркнув, что мне надо побыть одной, я отобрала у Василисы длинный меховой плащ без всяких вороньих излишеств и, сунув ноги в теплые сапожки, вышла из комнаты.
Снаружи царили полумрак и тишина. Но я знала, что этажом ниже от спокойствия не останется и следа. Будут бегать слуги, суетливые невесты, взбудораженные сегодняшним дознанием, настороженные воины. Как же, одну из невест чуть не отравили. И кто-нибудь из них обязательно прицепится ко мне. Может, ради того, чтобы посочувствовать или услышать о событиях из первых рук. Но на пустые разговоры у меня не было ни сил, ни желания.
Поэтому я свернула в сторону от лестницы и, пройдя еще более пыльным и темным коридором, вдруг оказалась на крытой галерее.
