– Вот вы где! – прошипела она, выстраивая своих подопечных у стеночки. – Их по всему замку ищут, а они в зале сидят! Вы чего тут забыли?!
– Бабушку мою встречаем, – вздернула нос царевна.
– А… – Марфа сморгнула и, забыв о нас, бросилась к Ворону: в зале появилась Луизка.
Общими усилиями им с волхвом удалось убедить ведьму, что встречать родственников одной из невест, стоя под руку с другой – плохая идея. Луизка надулась, но, не найдя поддержки ни у окружавших хозяина крепи воинов, ни у него самого, вынуждена была тоже переместиться к стеночке.
Я невольно улыбнулась: «То ли еще будет, курица заморская. Тебя ждет большой такой сюрприз!» Я попыталась поймать взгляд Ворона, но не преуспела. Тот склонился к волхву, который быстро что-то нашептывал ему на ухо, и по сторонам не смотрел. Меня это не слишком расстроило. В конце концов, в любви мне объяснялся не простой работяга, а целый князь. И он просто не может всегда и везде интересоваться исключительно мной. В любом случае придется делить его с кучей всяких дел и людей.
«А ты уже готова делить?» – вкрадчиво поинтересовался внутренний голос.
Я вспомнила горячие сильные руки, обнимавшие меня на галерее, и тихое: «Княгиня моя любимая». По коже прокатилась теплая волна, а на губах сама собой расцвела улыбка. «Да, готова, – ответила сама себе. – Приемные часы назначим, и нормально будет!»
Наверное, фантазии совсем бы унесли меня в дебри мечты о счастливом будущем, но тут распахнулась высокая дверь главного входа, и в зал вошла высокая пожилая женщина с предельно строгим выражением на узком лице.
– О, какая… – с оттенком уважения прошептала Лелька.
– Моя бабушка, – гордо отозвалась Василиса.
– Добро пожаловать в стены Вороновой крепи, Светлана! – громко заговорил Ворон, склонив голову в ответ на короткий поклон гостьи. – Надеюсь, неприятное происшествие на воротах не омрачит радость встречи? Мой род славен своим гостеприимством, и вы успеете в этом убедиться, пока гостите здесь.
– Славен, говоришь? – прищурилась Светлана. – Ну это мы посмотрим.
Бабушка Василисы была дама решительная и своевольная. Осмотрев всех невест, она вновь повернулась к Ворону.
– Устала я с дороги, – продолжила она. – Коли будет хозяин милостив, то отдохнула бы да с внученькой своей поговорила.
– Мой дом – твой дом, – отозвался Ворон с заметным облегчением, и официальная часть приема закончилась.
Пока слуги расставляли столы и блюда, Василиска бросилась к бабке обниматься. Мало того, потащила за собой и меня с Лелькой.
