На Белом море и среди лесов, где росли куропатки и другие хвойные деревья — отвращающее описание Алешкиной тетради по русскому языку. Сюда приходят люди, чтобы спасти тех, кто окаменел в детстве, погруженный в тумане безвыходности.
– Там, – мама кивнула в сторону моря, – на вечерний океан любуется.
Папа мне подмигнул, и я, собрав грязную посуду, пошел к морю.
Алешка сидел на большом плоском камне, еще теплом от дневного солнца. Он пристально смотрел в белую даль, где вода совсем незаметно сливалась с небом, и казалось, острова висят прямо в воздухе. Отражаясь в зеркальном море, они были похожи на круглых ежей – ощетинились острыми верхушками елей, как иголками, во все стороны, и вверх и вниз. И чайки пролетают над ними и под ними.
– Пошли домой, – сказал я, покончив с посудой.
Мы вернулись в свой лагерь, который издалека светил нам костром сквозь гущу деревьев.
Папа лежал у огня на своей любимой телогрейке. Мама наводила порядок в палатке перед сном.
Алешка привалился к папиному боку. Задумался. Потом спросил:
– А кто такой Летучий голландец? Человек? Или летчик?
Папу только спроси. Потом не остановишь.
– Корабль, – сказал он. – Таинственный.
– Я так и думал. А он старинный?
– Очень, – усмехнулся папа.
– Я же говорил – человек, – поправился Алешка.
– Не спеши менять мнение… И он был капитаном красивого и быстроходного корабля…
– Ну, я же говорил – «Летучий голландец». А дальше?
– И вот однажды он завершал очередное плавание. И вдруг ночью вахтенный матрос увидел в море зарево. Это горело какое-то судно. Пламя охватило уже мачты и паруса, весь такелаж…
– Такелаж? – удивился Алешка.
– Ну, так называются все снасти парусного корабля.
Алешка не смутился:
– Я думал, это когда женщина лицо раскрашивает.
– Макияж, – уточнила из палатки мама.
– «Джанетта поправляла такелаж», – процитировал Алешка. – Не так, что ли?
– Откуда ты знаешь? – удивился папа.
– Мне капитан МРБ пел. Вообще-то, – признался он, – не очень приличная песня. – И сразу же переложил руль на другой курс. – А дальше?
Папа поправил очки, раскурил загасшую трубку.
– В яростном свете огня было видно, как несчастные матросы пытаются спустить на воду уже тлеющие шлюпки, как, охваченные пламенем, они бросаются в отчаянье за борт, где становятся добычей кровожадных акул… Главный закон моря…
– … Подавать гудки в тумане, я знаю, – опять врезался Алешка.
"– Главный закон моря, – строго поправил его папа, – всегда идти на помощь терпящему бедствие экипажу. Даже с риском для собственного корабля и команды… Но Берент Фогт очень спешил на родину – там ждала его любимая невеста.
