На Белом море и среди лесов, где росли куропатки и другие хвойные деревья — отвращающее описание Алешкиной тетради по русскому языку. Сюда приходят люди, чтобы спасти тех, кто окаменел в детстве, погруженный в тумане безвыходности.
В которой гулко билось мое сердце.
Спускался я ощупью, чтобы экономить свечку, а здесь пришлось ее зажечь. Огарок был такой крохотный, что не удержать в руке, и я наколол его на шило, которое было в моем ноже. И огляделся.
Передо мной был узкий и низкий сводчатый проход, уходящий в далекую темноту. Вблизи меня по стенам бегали дрожащие тени. Было холодно и сыро. Иногда тишину нарушал звук упавшей на камень капли."
"Вернись, пока не поздно, панически прокричал мне внутренний голос.
Ну вернусь, а дальше что? Буду сидеть на острове до мучительной голодной гибели, да? Тут хоть какой-то шанс есть.
И я осторожно пошел вперед.
Но не успел я сделать и десяти шагов, как сзади что-то загрохотало, в спину ударила волна потревоженного воздуха и едва не загасила свечу.
Сначала я вздрогнул от неожиданности, а потом бросился назад…
Дырки наружу больше не было. И ступени все завалены камнями. Видимо, я что-то стронул, что веками еле держалось, и произошел обвал. Разобрать эту кучу, наверное, можно. Года за два.
Все, оставалось только идти вперед. А если и там завал?
Глава XVII
Где Дима?
Лодка медленно шла вдоль берега, в опасной к нему близости.
Весь ее экипаж во все шесть глаз разглядывал на берегу каждый кустик, каждый камень.
Время от времени папа зажимал румпель под мышкой, брал лежащее рядом ружье и стрелял вверх. (Запас патронов бандиты тоже не тронули – для их берданки они не годились.)
– Бежит! – вдруг закричал глазастый Алешка. – Вон там, за косой!
Из леса выскочил человек и помчался по берегу со страшной прытью.
Папа снова схватил ружье, встал, мгновенно прицелился и выстрелил.
Передняя собака перевернулась через голову и замерла на камнях, подергивая лапами, будто все еще бежала. Вторая резко свернула, махнув хвостом, и исчезла в лесу. Будто ее и не было.
Папа направил лодку к берегу.
Человек, который только что мчался, как легкая лань, сразу захромал, схватился одной рукой за поясницу, другой – за сердце.
– Чуть не сожрали, – сказал Акимыч, подходя к лодке и переводя дыхание. – Среди лета! Вот те и природа! Хорошо стреляешь, однако. Как я. Только мне нечем. У, волчара! – погрозил он кулаком в сторону леса. – Попадись только!
Дед красочно рассказал свои приключения.
– Лодку мы тебе дадим, – сказал папа, коротко посвятив его и в наши дела. – И дуй на полном газу на станцию.
– А как же! – ответил дед. – Можа он тама давно, чай с биологами пьет. А мы его здеся ищем.
