На Белом море и среди лесов, где росли куропатки и другие хвойные деревья — отвращающее описание Алешкиной тетради по русскому языку. Сюда приходят люди, чтобы спасти тех, кто окаменел в детстве, погруженный в тумане безвыходности.
По-женски.
Потом мы сели вокруг костра, папа отдал мне свои сапоги. И меня стали кормить и опять расспрашивать. Но сначала я от души напился – выдул целую флягу воды.
И стал рассказывать.
Когда я рассказывал про подводную дверь, Алешка вдруг сказал:
– Дим, ты чем-то белым голову испачкал.
Мама пригляделась, ахнула и прижала меня к себе, а папа и участковый переглянулись.
И участковый тихонько сказал папе:
– Когда я его задержу, то сначала набью ему морду. Пусть меня разжалуют.
Забегая вперед, скажу, что через несколько дней эта седая прядь бесследно исчезла.
Но появилась у мамы. Навсегда…
Глава XIX
Золото!"
"После еды и разговоров меня неудержимо повалило в сон. Мне соорудили постель, укрыли куртками – и как же сладко я заснул. Я, наверное, даже в самом раннем детстве так хорошо и спокойно не спал.
Когда я проснулся, уже стемнело. Посоветовавшись, папа и участковый решили переночевать здесь. Папа вместе с участковым соорудили шалаш, а мама приготовила ужин.
За ужином я продолжил свой рассказ.
– Постой, постой, – перебил меня участковый, – что за камень?
Я показал руками: вот такой.
– Я его еле сдвинул с места. Тяжелый, как железный.
Папа с участковым опять переглянулись. И больше меня не перебивали. Только, когда я стал рассказывать, как меня вытаскивали из колодца, все засмеялись…
Луна уже поднялась над лесом, а мы все сидели. Теперь Алешка рассказывал, как он разделался с бандитами и как им удалось удрать.
– Ничего, – сказал участковый, – завтра я их возьму.
Потом мы забрались в шалаш и улеглись спать. А Лешка успел мне шепнуть:
– Давай не проспим. Они завтра хотят зачем-то в колодец лезть. И мы с ними.
– Я не полезу, – твердо сказал я. – Ни за какие деньги. Ни за золото, ни за брильянты. Я лучше просплю…
Но не проспал. Проснулся я от того, что рядом с шалашом громким шепотом спорили папа и участковый дядя Андрей.
– Полезу я, – сказал участковый, – как представитель власти.
– Нет я, – не согласился папа, – ты должен охранять моих людей…
Я не дослушал и опять уснул.
– Пошли скорей, самое интересное проспишь. Начинается. Сейчас кто-нибудь в колодец шлепнется.
И мы пошли к колодцу. У его края стояли наши взрослые и опять спорили:
– Нет – я, – стучал себя в грудь участковый.
– А вот и я, – наступал на него папа.
– Никто не полезет, – сказала мама. – Хватит с нас подземелий.
Мы подошли поближе.
