В мире двадцатого века множество возможностей и потенциалов, но и туманности, как будто вечное несущее начало жизни на Земле само по себе. Я понимаю, что мои знания могут стать ключом к завершению цикла мореплавания в двадцатый век, чтобы история не осталась безнаправленной петардой. Вместе мы будем решать загадки прошедших эпох и создавать новую траекторию для человечества....
Чуть не ляпнул это рудознатцу. Пришлось бы потом долго рассказывать, что такое кислоты и их соли с металлами, а на меня смотрели бы, как на хронического трепача.
Позже в моем шатре Ситалк тихо поведал более важную информацию:
— Мы наткнулись и на золотую жилу, — и продемонстрировал серо-зеленый камень с тусклым золотым блеском.
Попадись мне такой камень в горах, я бы буцнул его и пошел дальше. Разве что подумал бы, что тяжеловат для своего размера
— Оставь в штольне треть рабочих, а остальные пусть строят плавильные печи, жилые и служебные строения и обносят рудник рвом и валом с частоколом.
На следующий день, оставив десятерых воинов-тавров охранять рудник и рабочих, я вместе с Бутунатосом и остальными его людьми поехал в Херсонес, чтобы нанять строителей, купить рабов обоего пола и снабжение на полгода, потому что зимой туда будет трудно добраться. Все это будет отправлено в горы.
Еще одну десятину заберет город. Но не просто так.
— Херсонес стал тесным, нам надо расширяться, — сказал я Агасиклу. — Раньше вы обходились без доходов от моего рудника, вот и не рассчитывайте на них в своих обычных делах. Пусть эти деньги пойдут на строительство новых стен и башен.
Демиург, раскатавший было губу на свалившиеся с неба богатства, покряхтел немного, но согласился:
— Ладно, пусть будет по-твоему.
Архитектора пригласили из Коринфа. Оказывается, есть полисное деление специалистов этой профессии: коринфские считаются лучшими строителями крепостных стен и башен, афинские — храмов, милетские — многоэтажных жилых домов, критские — мавзолеев… Где построить стены и башни и какие, мы с архитектором решали вместе. Если я указал неправильные места, то по его вине. Все равно потомки исправят.
56
Богатство не делает счастливым, а всего лишь меняет одни проблемы на другие. Раньше у меня были хлопоты с судном, а теперь к ним добавились рудник и ювелирные и бронзовые мастерские, в которых наемные рабочие и рабы изготовляли из моих металлов украшения, посуду и другие востребованные товары. Добыча меди возросла примерно до полутора тонн в год, а золота — до центнера. Возросло и воровство среди рабочих, что делало мою жизнь еще более волнительной.
