В мире двадцатого века множество возможностей и потенциалов, но и туманности, как будто вечное несущее начало жизни на Земле само по себе. Я понимаю, что мои знания могут стать ключом к завершению цикла мореплавания в двадцатый век, чтобы история не осталась безнаправленной петардой. Вместе мы будем решать загадки прошедших эпох и создавать новую траекторию для человечества....
Скилур подождал, когда она будет готова, после чего угостил меня и других воинов, кто хотел, а котел отдал пленнице, чтобы почистила, после чего закрепил на крупе своего коня.
Солнце уже клонилось к горизонту, поэтому я поторопил бессов, которые собирались поискать скот. До темноты желательно вернуться в лагерь и продать добычу, иначе за ночь они может стать меньше по самым разным причинам. Воровство в македонской армии наказывается строго, но стянуть у соседнего отряда часть не поделенной добычи — это святое.
На подъезде к лагерю мы встречаем командира конных наемников Эригия со свитой из старых служак. В общении с македонцами он позиционирует себя истинным македонцем, а в общении с греками — истинным эллином, потому что отец у него македонец, а мать — гречанка с Эвбеи. Для македонца он хорошо образован — умеет писать-читать, считать до тысячи и цитирует отрывки из «Илиады», «Одиссеи» и нескольких пьес современных греческих драматургов. На нем мягкий доспех из многослойной льняной ткани, а вместо шлема кожаная шапка с широкими, обвисшими полями.
— Я смотрю, ты с добычей, Скиф! — приветливо улыбаясь, произносит Эригий."
"Прозвище Скиф я получил несколько дней назад, когда во время стоянки в широкой долине командир конных наемников решил проверить, чего стоят его лучники. Как догадываюсь, они постоянно охотились, но не делились ни с кем, в том числе и с ним. Эригий приказал установить девять мишеней — плотные пучки соломы на шестах — и каждый лучник должен был, не сходя с коня, поразить свою тремя стрелами с дистанции сто шагов (семьдесят метров).
Эригий тогда подозвал меня, спросил, кто, откуда и где служу? Я рассказал байку про Гиперборею, расположенную севернее скифов, у которых якобы научился стрелять на скаку. С тех пор меня звали Скифом.
