В мире двадцатого века множество возможностей и потенциалов, но и туманности, как будто вечное несущее начало жизни на Земле само по себе. Я понимаю, что мои знания могут стать ключом к завершению цикла мореплавания в двадцатый век, чтобы история не осталась безнаправленной петардой. Вместе мы будем решать загадки прошедших эпох и создавать новую траекторию для человечества....
Этого хватало на ужин и завтрак всем бойцам отряда, а потеря десятка баранов не была критична для хозяина отары.
Как бы мал ни был мой отряд, всегда высылаю пару человек вперед метров на сто. Это у меня уже в крови. Как и осторожно проезжать мимо опасных мест. Когда сам постоянно устраиваешь засады, ожидаешь этого и от других. Не сказал бы, что место, которое мы проезжали, показалось мне опасным, скорее, встреча произошла случайно. Иллирийцы первыми услышали нас и приготовились к ней. Сразу за поворотом дороги, где она выходила на луг, они расположились в кустах выше по склону.
Сколько было врагов, я не ведал и не собирался выяснять. В отличие от нас, они знают, где мы, что дает им явное преимущество даже при меньших силах.
Удалившись от места засады метров на пятьсот, за очередным поворотом дороги, я остановил своего коня и приказал бессам:
— Лошадей оставляем здесь и прячемся на склоне цепочкой, на расстоянии два корпуса коня друг от друга.
Вот тут они и повеселели. Понимали, что в той ситуации глупо было скакать на помощь погибающим товарищам, но все равно свалили бы вину на меня. Мол, струсил командир, а мы-то хотели… В результате им пришлось бы принимать сложное решение: служить под командованием труса или уйти из отряда неведомо куда. Оба варианта приятными не назовешь.
Иллирийцы появились через пару минут после того, как мы расположились на позициях.
