Сквозная линия исследует контраст между мужской стратегической ложью, подобной Каину, и женским враньем, лишенным умысла. История разворачивается вокруг Одиссея и Пенелопы, чьи судьбы переплетены с царством и правдой. Автор анализирует природу женской лжи как явления, имеющего свою этиологию.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Сквозная линия»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Сквозная линия исследует контраст между мужской стратегической ложью, подобной Каину, и женским враньем, лишенным умысла. История разворачивается вокруг Одиссея и Пенелопы, чьи судьбы переплетены с царством и правдой. Автор анализирует природу женской лжи как явления, имеющего свою этиологию.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Сквозная линия исследует контраст между мужской стратегической ложью, подобной Каину, и женским враньем, лишенным умысла. История разворачивается вокруг Одиссея и Пенелопы, чьи судьбы переплетены с царством и правдой. Автор анализирует природу женской лжи как явления, имеющего свою этиологию.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
По расписанию должен был приземлиться на два часа раньше Жениного… Все это рождало в Жене недоумение: оплот европейской надежности и консерватизма покачнулся – расписание не соблюдалось, а жены приличных господ танцевали индийские танцы… Было уже довольно поздно, и, как Женя ни крутила головой, из окна машины она ничего не рассмотрела. Первое, что она увидела, был гном размером с небольшую собаку, стоявший в позе привратника возле массивной двери, которая от соседства с гномом казалась совсем великанской, Луи позвонил. Ждали несколько минут. Наконец, печеная старая дама с новыми зубами в старых губах открыла тяжелую дверь – входите.
– Цюрих – сумасшедший город. Здесь в подземельях столько золота, что им все здешние дороги замостить можно. А чашка чая стоит пять долларов. Поэтому мы обычно снимаем нашим сотрудникам комнату в этом пансионе. Ты это оценишь уже завтра… – сказал Луи и впихнул чемодан через порог. – Мишель появится позже, он сегодня прилетает из Парижа и вечером собирался с тобой работать…
Женя даже не успела его переспросить: как, сегодня ночью?
Номер оказался маленький, чистенький, с большой кроватью, у изголовья которой стояла чудовищная лампа опять-таки с гномом. Второго гнома она нашла в туалете – там он притулился на полочке перед зеркалом, удваивая тем самым свою прелесть.
Женя умылась, повесила в шкаф три костюма – один, самый лучший, был заимствован у приятельницы. В номере еше обнаружилась крошечная кухонька, скорее закуток с плитой и раковиной. Женя поставила чайник. Было почти одиннадцать, никакого Мишеля не было, и она решила выпить чаю и немедленно лечь спать. Тут зазвонил телефон. Она сняла трубку. Это был Мишель:
– Женя, спускайся. Сейчас поужинаем и поедем работать.
Он встретил ее внизу, кинулся целовать, как старый друг после длинной разлуки. От него пахло не то духами, не то цветами. Богатством, догадалась Женя. Его оживление и радость были искренними.
Усадил Женю в низкую машину и повез. Он изменился в чем-то существенном с их последнего свидания в Москве, но Женя никак не могла уловить, в чем именно. В маленьком ресторане все официанты здоровались с Мишелем как со старым знакомым, а когда они сели за столик, подошел хозяин, и они поцеловались. Хозяин говорил по-французски, Женя догадалась, что толковали они о какой-то еде. Когда хозяин ушел, Мишель сказал:
– Хозяин парижанин. Живет в Цюрихе больше тридцати лет. И очень скучает… Ненавижу Швейцарию. Это место, где вообще нет любви. Никакой и никогда. Страна глухих и немых. Сама увидишь, – и глаза его блеснули черным зеркальным блеском.
Вот оно что! Глаза-то у него в Москве были голубые. A cтали черные… Но так не бывает.
