— Вы сейчас называете меня лгуньей… граф?
— Спорю на то, что у вас НЕ книжка по истории, герцогиня!
— А если вы ошиблись?
— Я принесу вам свои самые искренние извинения… но вы не покажете нам книгу, потому что, как обычно, лжёте! Поэтому я имею полное право и дальше так вас называть…
Достаю книгу и показываю обложку.
— Слушаю ваши искренние извинения… граф.
Граф скрипит зубами и испепеляет взглядом.
— Детская книга по истории? — пока мы пытаемся прожечь друг в друге дыры, Итеон, дотягивается и осторожно вытаскивает книгу из моих рук. — Алекс, здесь даже картинки есть!
— Милорды, доброго вечера, надеюсь, вы меня не сильно заждались? — незнакомый женский голос вклинивается в нашу “идиллию”.
— Пройдёмте к столу, — граф воспользовавшись появлением гостьи, резко поднимается и спешит приветствовать девушку.
Бросаю взгляд на часы. Семнадцать минут шестого.
— Ну что вы, баронесса, ждать вас одно удовольствие! — его сиятельство расплывается в широкой улыбке и перехватывает тонкую кисть изящной блондинки. Подносит руку к губам, касаясь кожи, и задерживается на этом жесте очевидно дольше положенного этикетом времени. После чего лично провожает девушку за стол, галантно отодвигает стул и усаживает слева от себя. Барон, следуя его примеру, также галантно целует руку девушки и занимает место справа от герцога.
Баронесса или барон? Баронессу я не знаю, а барону не доверяю так же, как и его “сиятельному” другу. Но если выбирать из двух зол…
Направляюсь к блондину. Слуга помогает мне сесть, отодвигая массивный стул.
Очень интересная рассадка. Граф сидит во главе стола. Справа от него баронесса, слева Итеон. С другой стороны от Итеона сижу я, как самое слабое звено в нашей “компании”.
Бросаю любопытный взгляд на гостью. Миловидная блондинка с миниатюрными аккуратными чертами лица и жеманной, излишне широкой улыбкой. Обилие бледно-розовой пудры на лице даже у меня вызывает желание почесаться. В сочетании с яркой помадой и очень высокой причудливой причёской всё это выглядит странно и даже карикатурно, но блондинка явно гордится своим светским образом. А вот платье очень напоминает мне мой собственный гардероб. Приторно розовое, кричащее, оно изобилует декором из миниатюрных бантиков, воланов, кружевных рюшей и камушков, которые то и дело поблёскивают в ярком свете свечей. Это могло бы быть мило, если бы не было столь нарочито и вычурно.