Автор
Проданная семьей - девочка надрывалась во имя справедливости, чувствуя собственное беспомощное волевое сопротивление. Мама предала её семью, и теперь юноша пытается найти силу и решимость противостоять несправедливости, надеясь стать тем Берсерком, чья слабость делает его могущественным....
— Волнуешься. Сильно.
Я действительно не находила себе места. Мысли о Касоне, о том, что он сейчас там, как и другие… Даже Урек, бывший раб, совсем невысокий по меркам северян, вызвался сражаться.
— А ты нет?.. Они почти как семья. Здесь я впервые чувствую себя нужной. И мне страшно. Я боюсь, что кто-то из них может не вернуться.
Особенно он. Иво.
Сколько бы ни было у меня обид на херсира, сама мысль о том, что он больше не будет дышать, тренироваться, ругать своих людей, уходить на охоту… что его просто не станет — или он вернётся израненным… Одна лишь эта мысль сжимала грудь так сильно, что становилось невозможно дышать.
— Моя семья погибла давным-давно… и я уже забыла, каково это — волноваться… — тихо произнесла Бринья. Я нахмурилась, не понимая, к чему она, но она продолжила: — Ты ведь можешь помочь, Ора. Подумай.
Да.
Могу.
От волнения я совсем забыла обо всём. Но Бринья была права.
Прямо сейчас, несмотря на приказ сидеть в подземельях и не высовываться… Кто остановит меня? Те десять воинов, что всей душой рвались туда, на перевал, к Иво — или в другие точки, где ожидалось нападение?
Пройти мимо них оказалось проще, чем я ожидала.
"— Надо защитить женщин и стариков! Не можем же мы просто их бросить! — кричал один.
— И что, тогда опять всю славу получит Касон и его шайка? Как всегда? — отозвался другой. — Что ты потом своей Мирре расскажешь? Как прятался за их спинами?
Какие же они всё-таки иногда странные, эти мужчины Айзенвейла.
Словно их хлебом не корми — дай вступить в битву. И чем меньше шансов на выживание, тем сильнее они рвутся вперёд.
Оказавшись снаружи, я не медлила — сразу направилась к последней пещере, в которой мы были с Касоном перед тем, как пришло сообщение о готовящемся нападении с трёх сторон.
Почему туда?
Потому что именно на одного конкретного берсерка я возлагала наибольшие надежды.
— Я пришла с миром! — крикнула я у входа, чувствуя, как мой голос эхом отражается от тёмных каменных стен.
Я впервые пришла сюда одна. Впервые со мной не было воинов Ашенхолда, не стоял рядом такой противоречивый Касон, не наблюдал за всем этим очередной наместник.
Только я. Совсем одна.
И десяток берсерков, некоторые из которых вполне могли считать меня пригодной самкой.
Но я не чувствовала страха. Шла вперёд по неровному, холодному камню, ощущая их присутствие. Знала — не набросятся.
